Неудобные вопросы о религии и Церкви [litres]

Эта идеология сознательно внедряется в систему образования. Несколько лет назад министр образования Франции заявил, что в школе ученики должны избавиться от всех форм детерминизма – семейного, этнического, социального или интеллектуального. Согласно инструкциям возглавляемого им министерства, во французских школах слова «мальчик» и «девочка» должны быть заменены словами «друзья» и «дети», так как «мальчик» и «девочка» – это роли, которые на себя берут люди в юном или детском возрасте, а при желании они могут эти роли поменять.

Также указывается, что родители – это не мама и папа, которых Господь дал ребенку, а просто два человека, которые могут быть одного пола, и совершенно необязательно они должны называться мамой и папой – их могут именовать «родитель № 1» и «родитель № 2» или еще как-либо иначе. И все это будет называться семьей, будет приравнено к традиционному браку, а права этих сожительств будут законодательно закреплены в качестве брачных союзов.

Страны, законодательно признавшие гомосексуальные союзы одним из видов брака, делают серьезный шаг в сторону деконструкции самого понятия брака и семьи. Вместо того чтобы всячески поощрять семейные ценности и поддерживать деторождение – не только материально, но и духовно, – в центр общественного внимания ставится оправдание законности «однополых семей», воспитывающих детей. В результате происходит размывание и подмена традиционных социальных ролей. Радикально меняются представления о родителях – об отце и матери, о мужском и женском началах. Женщина-мать утрачивает свою извечную роль хранительницы домашнего очага, а мужчина-отец – роль наставника, прививающего детям чувство социальной ответственности.

Все это не может не иметь самых пагубных последствий для воспитания детей. Дети, выросшие в семьях с «двумя папами» или «двумя мамами», заведомо будут иметь отличные от своих сверстников из обычных семей взгляды на общественно-этические ценности.

Одним из прямых последствий радикального переосмысления понятия брака является тяжелейший демографический кризис, который при сохранении таких подходов будет только нарастать. Политики, толкающие страны цивилизованного мира в демографическую пропасть, по сути, подписывают своим собственным народам смертный приговор.

Православная Церковь не может поддерживать такие вопиющие искажения не только христианской, но и общечеловеческой морали, а потому не признаёт права однополых пар на усыновление детей. По сути, речь идет о праве таких пар передавать следующим поколениям свои идеологические установки. А с этим Церковь не может согласиться.

При этом Церковь делает многое для того, чтобы помочь детям-сиротам обрести родителей. В Русской Церкви эта ответственность лежит на Синодальном отделе социального служения и благотворительности, председатель которого, епископ Пантелеимон, подчеркивает: «Сейчас у церковных детских домов нет задачи воспитывать детей с младенчества до совершеннолетия. Задача церковных детских домов – стать центрами усыновления. Нужно сделать так, чтобы дети жили там лишь столько, сколько нужно для подбора усыновителей, чтобы дети потом возвращались в семьи. Задача Церкви – призывать своих чад к тому, чтобы они помогали воспитывать, усыновлять, брать этих детей к себе, для того чтобы эти дети не остались без родителей».