Таємний агент Микола Гоголь
- Автор: Кралюк Петро
- Год: 2016
- Язык: украинский
- Год: Видавництво Старого Лева
- ISBN: 9786176792529
- Жанр: Критика
Электронная книга - «Таємний агент Микола Гоголь». Краткое содержание книги:
Але як не крути, дуже проблематично говорити, ніби в XV ст. існувало українське козацтво, а надто «корінні, старі» козацькі полковники.
Незважаючи на заяви Гоголя, що дія повісті відбувається в XV чи принаймні у XVІ ст., згадувані в ній події та персони належать переважно до другої чверті XVІІ ст. Хіба що деякі з подій, наприклад міфічна страта Наливайка в міднім бику, стосуються останніх років XVІ ст.
На самісінькому початку повісті сказано, що до Тараса Бульби на хутір приїжджають його сини, які навчалися в православній Київській академії. Але цей навчальний заклад почав функціонувати 1632 року і звався попервах Київською колегією (або ж колегіумом). До того в Києві існували лише православні школи при Київському братстві (не раніше від 1615 року) та Києво-Печерській лаврі. Статус академії Київська колегія дістала 1658 року завдяки Гадяцькому договору, а поширення ця назва — Київська академія — набула лише в кінці XVІІ ст.
Гоголь же, характеризуючи заклад, де навчалися сини Бульби, вживає саме термін академія. Зокрема в першій редакції повісті є такі слова: «Сам воевода, Адам Кисель, несмотря на оказываемое покровительство академии, не вводил их в общество и приказывал держать их построже». Те саме речення є і в другій редакції. Справді, Адам Кисіль — реальна історична особа. Він був сенатором Речі Посполитої, з 1649 по 1653 рр. обіймав становище київського воєводи. Кисіль дотримувався православ’я, належав до числа соратників митрополита Петра Могили і дійсно надавав матеріальну підтримку Київському колегіуму. Тож у наведеному реченні про покровительство Киселя над Київською академією Гоголь майже адекватно відобразив історичні реалії.
І в першій, і в другій редакції повісті є згадки про французького (іноземного) інженера. В його особі нескладно впізнати Боплана, який служив у польській армії на теренах України якраз у другій чверті XVII ст.
Доволі конкретною є прив’язка подій «Тараса Бульби» до відомого козацького повстання під проводом Якова Острянина (у повісті — Остряниця) й Дмитра Гуні, яке відбулося 1638 року У першій редакції зустрічаємо такий опис цього повстання:
«Тридцать тысяч козацкого войска показалось на границах Украины. Это уже не был какой-нибудь отряд, выступавший для добычи или своей отдельной цели: это было дело общее. Это целая нация, которой терпение уже переполнилось, поднялась мстить за оскорбленные права свои, за униженную религию свою и обычай, за вероломные убийства гетьманов своих и полковников, за насилие жидовских арендаторов и за всё, в чем считал себя оскорбленным угнетенный народ. Верховным начальником войска был гетьман Остраница, еще молодой, кипевший желанием скорее сбросить утеснительный деспотизм, наложенный самоуправием государственных магнатов, и очистить Украину от жидовства, унии и постороннего сброда. Возле него был виден престарелый и опытный товарищ и советник его Гуня. Сорок тысяч лошадей нетерпеливо ржали под седоками и без седоков. Восемь полков, из которых половина конных и половина пеших, в суконных алых, синих и желтых кафтанах, выступали браво и горделиво. Восемь опытных полковников правили ими и хладнокровным движением бровей своих ускоряли или останавливали нетерпеливый поход их. Одним из них начальствовал Бульба. Преклонные лета, слава и опытность давали ему значительный перевес в совете; но неумолимая и свирепая жестокость его казалась ужасною даже для глубоко оскорбленных защитников. Его совет дышал только одним истреблением, и седая голова его определяла только огонь и виселицу. Не буду описывать тех битв, где отличались козаки, ни постепенного хода всей великой кампании: это принадлежит истории. Там изображено подробно, как бежали польские гарнизоны из освобождаемых городов, как были перевешаны бессовестные арендаторы-жиды, как слаб был коронный гетьман Николай Потоцкий с многочисленною своею армиею против этой непреодолимой силы, как, разбитый, преследуемый, перетопил он в небольшой речке лучшую часть своего войска, как облегли его в небольшом местечке Подокном грозные козацкие полки и как, приведенный в крайность, польский гетьман клятвенно обещал полное удовлетворение во всем со стороны короля и государственных чинов, и возвращение всех прежних прав и преимуществ; но козаки, наученные прежним вероломством, были неумолимы, и Потоцкий не красовался бы более на шеститысячном своем аргамаке, привлекая взоры знатных панн и зависть дворянства, если бы не спасло его находившееся в местечке русское духовенство».
У другій редакції згадку про повстання Острянина й Гуні подано приблизно в такому ж руслі. Щоправда, кількість козацького війська помітно зростає: із 30-титисячного воно перетворюється на 120-тисячне.