Под зелёным знаменем. Исламские радикалы в России и СНГ

Судя по всему, таджикские исламисты пытались установить контакты и со своими чеченскими единомышленниками. Один из телохранителей влиятельного таджикского полевого командира Шо-ха — уроженец Чечни. По некоторым сведениям, этот человек должен был помочь «таджикским братьям» организовать надёжную систему обороны Каратегина. После окончания войны в Таджикистане к оставшимся не у дел местным моджахедам зачастили эмиссары из Чечни, предлагавшие таджикам за денежное вознаграждение поехать воевать в эту северокавказскую республику. «Оказавшись на чужбине, мы стремились установить прочные контакты, в первую очередь, с соседними с Таджикистаном мусульманским странами, так как, на наш взгляд, именно их политики, могли оказать наибольшее влияние на урегулирование таджикского кризиса. Учитывая тот факт, что большинство таджикских беженцев разместилось на территории Афганистана, было принято решение, что председатель нашего движения будет жить в этой стране, а два его заместителя — в Иране и Пакистане» — рассказывал мне первый заместитель Объединённой таджикской оппозиции Акбар Тураджонзода{98}.

При этом лидеры таджикской оппозиции налаживали контакты и с фундаменталистскими исламскими организациями. Например, в 1995 г. автор этих строк побывал в одном из медресе для детей моджахедов, расположенном вблизи пакистанского города Пешавар. Медресе субсидировалась на деньги, получаемые из Саудовской Аравии. В нём обучалось около 300 таджикских детей, чьи отцы воевали за «торжество ислама». Приблизительно столько же было в медресе воспитанников из Афганистана и Кашмира. Детей из Таджикистана обучали по той же программе, что и других воспитанников. Единственное исключение — уроки русского языка. Лидеры оппозиции были убеждены, что он будет необходим в недалеком будущем. Естественно, что основной упор делался на религиозные дисциплины, а также на изучение арабского языка. Система воспитания была далека от европейских канонов. Например, если ученик не знал урок, его били палкой по руке. Таджикские воспитанники направлялись в медресе по рекомендации оппозиции. О том, что таджикская оппозиция придавала весьма большое значение обучению сыновей своих бойцов в подобных учебных заведениях, свидетельствует тот факт, что деятельность медресе под Пешаваром курировал лично Акбар Тураджонзода. Год спустя воспитанники медресе образовали движение «Талибан», создавшее классическое фундаменталистское государство на контролируемой ими части Афганистана {99}. В конце же 90-х, по крайней мере часть лидеров таджикской оппозиции решила сделать движение «Талибан» своим главными союзником. По сведениям газеты «Время-MN», некоторые лидеры таджикской оппозиции после создания коалиционного правительства в Душанбе пытаются сместить в сторону талибов симпатии и официального таджикского руководства, и даже иностранных дипломатов, работающих в Душанбе {100}.