Под зелёным знаменем. Исламские радикалы в России и СНГ

С Ферганской долиной у президента Ислама Каримова связаны достаточно неприятные воспоминания. В 1991 г. в одном из областных центров Ферганской долины городе Намангане неожиданно появилось движение «Адолат» («Справедливость»). Большим авторитетом среди верующих, составивших костяк «Адолата», пользовались люди из оппозиционной мечети «Атаулло» (неофициально эту мечеть называли «Гумбас» и считали «ваххабитской»). Адолатовцы создали подобие иранских «стражей исламской революции». Молодые люди с зелёными повязками появлялись в самых неожиданных местах города и по своему усмотрению расправлялись с теми, кто по их мнению нарушал закон. Наказания пойманных воров и проституток, с точки зрения западной юриспруденции, были достаточно экзотичны: их сажали на ишака задом наперед и возили по городу, привязывали к столбам на площадях, а прохожие плевали им в лицо, провинившихся также били плетьми в мечетях. Как бы там ни было, но преступность в городе была практически полностью ликвидирована. Наманганцы и сегодня не без ностальгии вспоминают, что в то время владельцы оставляли свои машины не запертыми, а торговцы не прятали товар на ночь. Безусловным лидером этой «исламской милиции» стал двадцатичетырёхлетней Тахир Юлдашев.

В первое время Ислам Каримов смотрел на деятельность «Адолата» благосклонно, однако, достаточно скоро он начал цони-мать, что не является больше хозяином в Намангане. Развязка наступила во время его приезда в город — узбекского президента встретила достаточно внушительных размеров толпа. Тахир Юлдашев обратился к собравшимся на площади: «Вот он, диктатор, вынужден был вернуться и стоит перед вами». И начал задавать Каримову вопросы о том, что он делает в стране. Ислам Каримов побагровел. Он сказал: «У вас, мой милый мальчик, столько вопросов! Давайте, я отвечу хотя бы на часть!». И попытался перехватить микрофон. Но Юлдашев отвёл его руку и сказал: «Сегодня хозяин здесь не Вы! Говорить будете, когда мы дадим Вам слово». И Тахир продолжил свою речь. «Хотите вы такого президента?» — трижды обращался он к толпе. И трижды толпа кричала: «Нет!». Каримов был настолько напуган неожиданным приёмом, что не только согласился отдать здание наманганского обкома под мусульманскую женскую больницу, но и обещал читать намаз. На вопрос же демонстрантов — станет ли Узбекистан исламским государством, Каримов ответил, что решение по этому вопросу будет принимать парламент(ІОІ).

Такого унижения узбекский президент простить не мог. Через несколько недель после отъезда Каримова активисты «Адолата» были арестованы и получили многолетние тюремные срока. Однако Тахиру Юлдашеву и нескольким его сторонникам удалось бежать за пределы республики. Одновременно Ташкент начал борьбу с исламскими инакомыслящими по всей республике. Фактически все независимые от официальных властей мусульманские лидеры были брошены в тюрьму или бежали за границу. Тахир Юлдашев сначала бежал в Афганистан, а затем нелегально перебрался в Таджикистан. Отметим, что именно в это время Ислам Каримов заявил об опасности исламского фундаментализма для мусульманских республик СНГ. По существу, использование термина «исламский фундаментализм» в данном случае было некорректным. В Узбекистане, и в первую очередь в Ферганской долине Узбекистана, действительно, активно действовали фундаменталистские группировки, но к ним не относилась часть «адолатовцев». Как отмечает в газете «Русская Мысль» российский исследователь Николай Митрохин, сторонник суфизма Юлдашев ненавидел «ваххабитов», а «ваххабиты» отвечали ему тем же {103}.

Увы, подавив исламских инакомыслящих в своей стране, Каримов не решил проблему, а лишь отодвинул нависшую над ним опасность. Жёсткие репрессивные методы узбекского президента провоцировали исламских диссидентов бороться за власть с оружием в руках. Большинство исламских радикалов бежало в Горный Таджикистан, где при помощи таджикской оппозиции создали вооружённые отряды. Остальное было лишь вопросом времени: беглецы должны были накопить силы для объявления священной войны — джихада.