Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе
- Автор: Роуз Эмили М.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814604
- Переводчик: Татьяна Вячеславовна Ковалевская
- Жанр: История
Электронная книга - «Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе». Краткое содержание книги:
В епископских грамотах есть лишь намеки на финансовые затруднения Симона, которые зато становятся очевидными в «Житии и страстях Уильяма Норвичского» Томаса Монмутского, где сказано, что в 1150 году рыцарь находился в отчаянном положении. Он снова появляется в документах конца 1160‐х годов как хозяин избитого слуги[295]. Семья де Новеров была долгое время связана с капитулом собора и его епископом. Возможно, семейные узы соединяли Симона с приором. Бóльшая часть земель, которые держал Вильгельм де Новер в начале века – от двенадцати до тридцати трех владений по лучшим прикидкам, – оказались в руках Ферреров (Ферраров) из Уормгея[296]. Хотя Уормгеи не оставили по себе памяти крупных жертвователей приорату или епископату, по крайней мере один член их семьи стал монахом и дорос до чина субприора, а потом приора (1150–1158). Этот Ричард де Феррар являлся одним из ранних сторонников св. Уильяма; и в 1166 году племянник Ричарда, Уильям Фиц-Уильям, держал десять рыцарских феодов от епископа. Возможно, Симон был связан с приором Ричардом де Ферраром и домом Уормгеев по женской линии[297]. Реджинальд де Варенн, управлявший землями своего брата, женился на Алисе де Уормгей, позже основал приорат Уормгей и построил курганно-палисадный замок Уормгей недалеко от Кингс-Линна[298].
Возможно, перед нами пример возвышения одной ветви большой семьи эпохи Завоевания за счет другой ветви. Симон де Новер с его единственным землевладением являлся бедным родственником, цеплявшимся за свой феод и требовавшим уважения к себе как к норманнскому рыцарю. Хотя их состояния были несопоставимы, у Симона и приора Ричарда имелся общий интерес в распространении культа св. Уильяма. Симону он послужил, как мы увидим, для оправдания на суде по справедливому обвинению в убийстве. Для де Феррара поддержка бедного родственника путем распространения культа Уильяма могла стать относительно безболезненным способом защитить интересы как семьи, так и церкви.
Катастрофический Второй крестовый поход длился два долгих года. Почти никто из англо-норманнских крестоносцев, отправившихся в путь в начале 1147 года, не вернулся домой[299]. Вильгельм де Варенн погиб в январе 1148‐го в засаде, которую турки устроили авангарду французской армии (наследницей после него осталась единственная дочь); погибли и его шурин Ги де Понтье, и другие рыцари из Англии, например Стефан де Мандевиль[300]. Последний предводитель крестоносцев, король Людовик Французский, вернулся на родину летом 1149 года. Единоутробный брат де Варенна Валеран де Мелан, граф Вустерский, потерпел кораблекрушение у берегов южной Франции, возвращаясь домой в декабре. Симон де Новер, возможно, был одним из немногих, кто вернулся в Англию. В любом случае, как уже отмечалось, к концу 1149 года он уже находился в Норвиче и по уши погряз в долгах.
Единственным светлым пятном в общем мраке, окутавшем средневековый христианский мир после Второго крестового похода, был успех небогатых англичан, которые помогли захватить Лиссабон, – моряков, механиков и купцов без благородного предводителя; но это только подчеркивало катастрофу, постигшую тех рыцарей и их высокопоставленных сеньоров, которые откликнулись на призыв папы и отправились прямо в Святую землю[301]. Симон де Новер, несомненно, слышал славные истории о доблести в битве, о богатой добыче и плодородных землях, тогда как сам он зимой 1149 года был вынужден отапливать свой дом торфом с норфолкских болот, думая о жарком солнце, палящем людей, которых он, возможно, знал, – людей, преуспевших в жизни, устроившись на щедрых средиземноморских берегах, пока он сидел в сыром Норвиче, в долгах и в отчаянии, задержанный по обвинению в убийстве[302].
Глава 3
Суд
В 1150 году, после пяти лет забвения, Уильям Норвичский неожиданно получил все знаки внимания, полагающиеся святому. Он являлся в многочисленных видениях, его останки немедленно перенесли в монастырское здание, а на следующий год состоялась их translatio («перенесение») вначале к главному алтарю собора, а потом в особую часовню. На гробнице Уильяма появились ковер и свечи, а также крест. Его зубы и обрывки одежды превратились в бережно хранимые реликвии. Рядом с гробницей подобающим образом свершались чудеса, сведения о них собирались, исследовались и тщательно записывались. Уильяма упоминали в хрониках, его слава дошла до Баварии, где его внесли в мартиролог[303]. В 1149 году его почти не знали даже в Англии, а к 1150 году Уильям Норвичский именовался святым по обе стороны Ла-Манша.
295
Vita, VI, xviii, 258.
296
Здесь я следую доводам Додвелл: Dodwell. Honour of the Bishop. P. 195.
297
Dodwell. Honour of the Bishop. P. 192. Додвелл прослеживает Ноеров из Суонтонского Ноера в Норфолке к Симону, но похоже, что Ральф де Нюер, державший Суонтонский Ноер от епископа, и его сын Майло были из другой ветви семьи.
298
По договоренности 1153 года Реджинальд унаследовал владения семьи в Белланкомбре и Мортемере во Франции, а остальные владения его брата перешли к дочери Вильгельма (III) де Варенна Изабель и ее мужу Уильяму. Этот муж, Уильям (Блуаский), сын короля Стефана, затем принял титул Вильгельма «IV де Варенна» по браку, хотя он не был потомком де Варенна III (ум. 1148).
299
Роджер де Моубрей и Гуго Тирел, сеньор Пуа, державший, что важно, земли от де Клеров, – единственные англо-норманны, жившие в Англии, про которых со всей уверенностью можно сказать, что они пережили Второй крестовый поход в Святую землю.
300
Сообщают, что Стефан де Мандевиль отправился во Второй крестовый поход вместе с Болдуином де Редвером (ум. 1155); см.: Bearman R. (Ed.) Charters of the Redvers Family and the Earldom of Devon, 1090–1217. Devon and Cornwall Record Society ns. 37, 1994. P. 10. О них см. также: Bearman R. Baldwin de Redvers, Some Aspects of a Baronial Career in the Reign of King Stephen // Anglo-Norman Studies. 1985. Vol. 18. P. 19–46, 19.
301
Основной источник сведений о взятии Лиссабона см. в: David Ch. W., Phillips J. (Eds.) De Expugnatione Lyxbonensi. New York: Columbia University Press, 2001. См. также следующие важные работы об иберийском походе: Bennett M. Military Aspects; Constable G. A Note on the Route of the Anglo-Flemish Crusaders of 1147 // Speculum. 1953. Vol. 28. P. 525–526, и Idem. A Further Note; Edgington. Lisbon Letter; и Forey A. The Siege of Lisbon and the Second Crusade // Portuguese Studies 20. 2004. № 1. P. 1–13. Новейшую библиографию см. в: Edgington S. The Capture of Lisbon: Premeditated or Opportunistic? // Roche J. T., Jensen J. M. (Ed.) The Second Crusade. Holy War on the Periphery of Latin Christendom. Turnhout: Brepols, 2015. Я выражаю благодарность профессору Эджингтон за возможность ознакомиться с ее работой до публикации.
302
Николас Ясперт пишет о многих англичанах, участвовавших в иберийском походе и в захвате Тортосы; Рамон Беренгер наградил их землями, и вскоре они стали частью богатой местной элиты (Jaspert N. Capta est Dertosa, Clavis Christianorum: Tortosa and the Crusades // Philips and Hoch, Second Crusade. P. 90–110). Симон де Новер мог узнать об успехе южной армии, когда Гилберт Гастингский, первый епископ вновь завоеванного Лиссабона, вернулся в Англию в 1150 году набирать войска. См.: Fletcher R. A. Reconquest and Crusade in Spain, c. 1050–1150 // Transactions of the Royal Historical Society 5th series 37. 1987. P. 31–47, 44.
303
Упоминание в баварском документе не датировано. Маккуллох подробно аргументирует датировку 1140‐ми годами (McCulloh. Jewish Ritual Murder). Поэтому, заключая, что вести о Уильяме стали распространяться за пределами Англии спустя несколько лет после его смерти, он не наблюдает никаких резких изменений в его статусе.