Власть над народами. Технологии, природа и западный империализм с 1400 года до наших дней

Взятие Гоа позволило утихомирить Индию. С нашей стороны было безумством полагаться лишь на мощь и силу нашего военного флота… на суда, сгнившие, ставшие как пробка. На каждом корабле для удержания на плаву требуется откачивать воду сразу четырьмя насосами. Если Португалия хоть раз потерпит поражение на море, Ваши индийские владения не продержатся и дня, когда властители здешних мест решат более не терпеть существующего положения вещей[129].

Еще до захвата Гоа Албукерки совершил поход с флотилией из 18 судов, на борту которых был размещен отряд из 800 солдат из числа европейцев и 200 – из числа местных жителей. Его целью была Малакка, стратегически важный порт: он позволял контролировать пролив между Суматрой и Малайским полуостровом, где проходили сотни и тысячи кораблей. Кроме того, Малакка представляла собой один из главных центров торговли между лежащим к западу регионом Индийского океана и расположенными в восточном направлении Молуккскими островами и Китаем. После взятия города в июле 1511 г. Албукерки пощадил его жителей индийского, китайского и бирманского происхождения; мусульмане же были преданы смерти или проданы в рабство. В своем сообщении королю он писал следующее: «Как только пронесся слух о нашем прибытии, все [местные] суда исчезли, и даже птицы более не летали над поверхностью вод»[130] После захвата города Албукерки тотчас приступил к строительству крепости, получившей название А’Фамоса. Толщина каменных стен форта составляла восемь футов. Ей суждено было оставаться в руках португальцев на протяжении последующих 150 леГ[131].

Захват Малакки открывал путь на восток. Перу Томе Пиреша, проработавшего счетоводом в португальской мастерской в Малакке с 1512 по 1515 г., принадлежат следующие хвалебные строки: «Тот, кто хозяин в Малакке, держит венецианцев за горло. От Малакки до Китая, от Китая до Молуккских островов, от Молуккских островов до Явы и от Явы до Малакки и Суматры – все теперь в нашей власти»[132]. У португальцев не возникло проблем с поиском местных лоцманов, готовых вести их корабли в опасных водах морей, лежащих за Малаккой. В 1511 г. три корабля под началом Антониу ди Абреу, ведомые яванскими лоцманами, совершили переход до архипелага Банда, где португальцы приобрели мускатный орех. В 1514 г. вторая португальская экспедиция основала факторию на входящем в архипелаг острове Тернате, специализировавшемся на выращивании гвоздичного дерева[133].

Главным достижением проводимой Албукерки политики стало получение доступа к источнику вожделенных пряностей: мускатного ореха и гвоздичного дерева на Молуккских островах, перца и кардамона в Малабаре и корицы на Цейлоне. Еще одна цель – уничтожение торговли между Индийским океаном и Средиземноморьем, осуществляемой мусульманскими купцами. Еще в 1500 г. Мануэл I дал Алмейде указание: «Ничто не может сослужить нам большую службу, чем крепость у выхода из Красного моря или поблизости, будь то внутри или же снаружи Красного моря – как сочтется наиболее удобным, – поскольку если данный вход окажется закупорен, провоз специй через земли султана прекратится, и никто в Индии не сможет рассчитывать на торговлю с кем-то, кроме нас»[134]. Во исполнение данного плана в феврале 1513 г. Албукерки отплыл из Гоа на 24 кораблях, на борту которых находились 1700 европейских и 1000 индийских солдат. Он направился к Адену, порту в Баб-эль-Мандебском проливе – на «входе» в Красное море. После безуспешной попытки захватить Аден Албукерки углубился в Красное море, надеясь найти подходящее место для организации морской базы. Этого ему также не удалось сделать, и, следовательно, главная задача португальской стратегии на Востоке не была выполнена.