Электронная книга - «Совсем не мечта! (СИ)». Краткое содержание книги:
Я тяжело вздохнул, подкладывая под голову подушку. Наверное, я никогда не дождусь ничего подобного от моего нерешительного «педофила»… Наркотики меня, конечно, не интересуют, как и алкоголь. Хотя на Марка под градусом я бы взглянул… Надо думать, падает и бьется он по пьяни еще чаще!.. А вот посмотреть вместе порно — должно быть, это… Стоп. Не хочу, чтобы он смотрел на каких-нибудь порноактеришек: ему должно быть достаточно меня.
Ну и что там дальше…
«Чаще всего у педофилов не устроена личная жизнь.
Такой мужчина инфантилен в любом возрасте,
даже беспомощен в некоторых аспектах взрослой жизни…»
Ха! И еще три раза «ха»! Как же жаль, что Марк этого не увидит. Я б похохотал в голос. А так… Кровать подо мной была холодной и слишком большой. Комната — темной и пустой. Но почему-то спальня таковой больше не кажется, когда в нее заходит он. И постель становится уютной, если он лежит рядом…
Стены давили на меня. От шкафа, от тумбочек, от кровати и даже от пола веяло пронизывающим холодом! Я больше не мог находиться в этой комнате один, и почти бесшумно вернулся на кухню. Гудела посудомоечная машина; вокруг не было никого. Дверь в освободившуюся ванную была открыта, а из «мастерской», как Марк ее называет, доносились шорохи и голоса. Издали я заглянул в приоткрытую дверь.
В расстеленной на диване цветастой постели лежала Лиза в обнимку с пакетом чипсов и светящим ей в лицо планшетом. Марк что-то сказал ей на прощание и поцеловал ее в лоб. Лиза счастливо заулыбалась…
Я поспешил вернуться в спальню, пока меня не заметили. В груди нечто, словно змея, сжимало сердце тугими кольцами. Что это? Ревность?.. Она — его сестра, нет ничего странного в том, чтобы целовать на сон грядущий свою младшую сестру. Кажется, он воспитывает ее как отец: он волнуется о ней, покупает ей подарки, пусть и съедобные, говорит ей чистить зубы и ложиться в постель. Как еще сказку не читает перед сном… Я рад, что он относится ко мне не так, как к ней. Я счастлив, что я — взрослый в его глазах. Но откуда тогда это чувство? Неужели мне хочется часть этой заботы?..
Дверь в спальню открылась и слегка двинула меня по плечу.
— Извини, — поморщился Марк, заходя внутрь, — не думал, что ты можешь здесь стоять. Ванная свободна. Щетку возьми в тумбочке под раковиной, в нижнем ящике.
— Хорошо, спасибо. — Я протянул ему его мобильный, но не торопился отдернуть руку. — Марк…
— Что?
— Сегодня я не хочу спать в пижаме, — глядя в сторону, произнес я.
Он тяжело сглотнул, оставив мои слова без ответа.
====== Глава 23 ======
Чтобы не отрубиться лицом на клавиатуре, я дал себе весьма ощутимую пощечину. Сегодня легкая боль — единственное, что может привести меня в чувства после бессонной ночи.
Можно было бы подумать, что до самого утра мы с Антоном наслаждались друг другом, но нет. Когда он вернулся из ванной и разделся до белья, я лежал без движения, мирно сопя в подушку. Сам толком не знаю, зачем притворился спящим и кого больше хотел обмануть: его или свое собственное тело… Он залез под одеяло, жался, практически полностью обнаженный, ко мне — я чувствовал предплечьем его горячую грудь и ритм сердца в ней — но так и не пошевелился. Сегодня Антон чуть не остался ночевать в школе на полу… побитый, перемотанный скотчем… У него и без меня был тяжелый день, думал я. Если бы он дал мне хоть малейший, самый прозрачный намек из всех, я бы не смог остановиться, напрочь забыв о Лизе, спящей или же бодрствующей всего через две двери от нас. Поэтому я лежал. Поэтому я не шевелился. Поэтому я практически не дышал и искренне боялся, что мою хрупкую ложь может выдать учащенный пульс.
Я гнал эту мысль прочь от себя до самого рассвета, но с приходом солнца она все-таки настигла меня: если бы Лиза застала нас, пока я еще не кончил, я бы смог остановиться? И единственный честный ответ заставлял меня чувствовать себя последним грязным мерзавцем на планете. «Нет»… Раз я становлюсь глухим к голосу разума, значит, Антон — моя мания. Болезнь. Зависимость. Идея фикс. И игнорируя ее существование, не сопротивляясь ей, я лишь пытаюсь отсрочить неизбежное…
Пропитанный удушливым бессилием, я в сердцах ударил клавиатуру, сдвигая ее. Из-под черного пластика показался желтый уголок бумаги, и я извлек его. На свернутом пополам небольшом листе той же рукой, что и любовное письмо самому себе, было выведено:
«Поиграем?»
Я усмехнулся, разворачивая листок. Что это еще такое — его «поиграем»? Поиграем во что? Бумага оказалась страницей, по-варварски вырванной из книги, благо не из моей. Но чужую книжонку мне все равно было жаль… В моих руках был обрывок из «Красной Шапочки» — одна лишь иллюстрация, никакого текста. По пыльной желтой тропинке весело скакала главная героиня, размахивая корзинкой с пирожками. Вокруг нее возвышались пушистые ели, порхали бабочки, из-за пеньков высовывались лесные зверьки. В нижнем правом углу ручкой было написано: «7».
Ну и как все это понимать? Антон решил развлечься игрой в загадки? Тогда я уже проиграл, ведь, кажется, не способен думать как он. Утром он вместе с Лизой отправился в школу. За ночь кожа впитала остатки надписей на его лице, и более причин для прогула не осталось. Его телефон разбит, но если Антон все еще с Лизой, я смогу спросить его о ребусе. Мне нужна подсказка, иначе я не сдвинусь с мертвой точки. Я нашел Лизу в списке контактов и приложил трубку к уху. Сейчас у них должна быть перемена…
— Я что-то забыла? — сразу же спросила Лиза.
— Что?.. Нет… не знаю… Почему ты спрашиваешь?
— Ну, ты позвонил, а я только-только с ночевки, поэтому…
— Я не по этой причине звоню. Антон с тобой? Сможешь дать ему трубку?
Пока Лиза передавала ему телефон, я слышал ее недовольные ворчания.
— Слушаю, — отозвался Антон, у меня мурашки пробежали по спине от звука его голоса.
— Я тут под клавиатурой кое-что нашел… — немного издали начал я. — И понятия не имею, что это. Может, дашь подсказку?
Антон усмехнулся в динамик, и я практически почувствовал ухом его дыхание.
— Смогу организовать тебе подсказку только завтра. А пока просто подумай. Ты ведь знаешь эту сказку.
Я угукнул в трубку, заранее начиная мириться с превосходством его интеллекта.
— А я тут тоже пытаюсь разгадать твою загадку, — неожиданно сказал он.
Я оторвался от страницы, недоумевая. Не помню, чтобы загадывал загадки последние лет эдак десять…
— О чем ты?
— Твоя квартира. Когда Лиза приглашала меня в гости, она сказала, что у ее брата трехкомнатная квартира. Но кухня за комнату обычно на планах не считается. Значит, у тебя кухня, совмещенный санузел, одна комната — спальня и вторая комната — твой рабочий кабинет. Где третья комната, Марк?
Я молчал, словно пойманный на вранье мальчишка. Я и сам забыл о существовании третьей комнаты, очень-очень давно. Ни Лиза, ни кто-то другой из списка членов семьи, бывавших у меня, никогда не задавались этим вопросом. Но у Антона слишком пытливый ум, чтобы пройти мимо двух противоречащих друг другу фактов. Он — единственный, кто вообще задумался над «тайной третьей комнаты», и, полагаю, единственный, кто сможет в итоге добраться до нее. Я должен что-то предпринять?.. Все из нее спрятать?.. Хочу ли я, чтобы он увидел?..
— Гораздо интереснее не то, где она, а то, что в ней, — подкинул я дровишек в костер его интереса.
— Значит, вместе разгадываем загадки друг друга? — услышал я его довольный сверх меры голос. — Интеллектуальные развлечения — мне это нравится. Твои условия?
— Ты не можешь поглядывать в строительные планы и рассказывать кому бы то ни было о существовании третьей комнаты, тем более когда ее найдешь. Теперь твои условия.
— На разгадку моей головоломки тебе дается семь дней с текущего момента. Если никто из нас не разгадает загадки за неделю, мы вскрываем карты. Если я найду третью комнату, но ты так и не разгадаешь «Красную Шапочку», я забираю свой единственный подарок от тебя раньше срока.
— А что я получу, если разыщу ответ на твою «Красную Шапочку», а ты в третьей комнате так и не окажешься?
— Не переживай. Когда ты выстроишь логическую цепочку до желанного ответа, то автоматически получишь достойную награду. Ну как, по рукам? Готов поставить на кон свой подарок мне?