Через мое окно (ЛП)

Что?

Решаю не обращать внимания на его ответ и концентрируюсь на том, чтобы выпроводить его отсюда до того, как придет Йоши меня навестить, или раньше вернется мама и начнет третью мировую. Может, если он скажет то, что хотел, то уйдет.

- Окей, вот ты в доме. Чего хотел?

Арес проводит рукой по лицу, выглядя таким поникшим и уставшим.

- Поговорить с тобой.

- Тогда говори.

Он открывает рот, но снова его закрывает, как будто сомневается в том, что хочет сказать. Я уже почти говорю, чтобы он уходил, когда эти губы, которые я целовала, снова раскрываются, чтобы произнести два слова, от которых у меня перехватывает дух: два слова, которые я меньшего всего ожидала от него услышать, ни сейчас, ни когда-либо.

- Ненавижу тебя.

Его тон серьезен, выражение ледяное.

Это признание застает меня врасплох, сердце сжимается внутри, глаза горят, но я веду себя так, как будто меня это ни капли не задело.

- Хорошо, ты меня ненавидишь, понятно. Это все?

Он качает головой, на губах играет грустная улыбка.

- У меня была такая чертовски легкая жизнь до тебя, все было так просто, а теперь… - Он тычет в меня указательным пальцем – Ты все усложнила, ты… все разрушила.

Сердце уже в пятках, слезы застилают глаза.

- Вау, а ты знаешь, как заставить человека почувствовать себя дерьмом.  Ты пришел ко мне в дом, чтобы это сказать? Думаю, тебе лучше уйти.

Он трясет все тем же пальцем.

- Я не закончил.

Я не хочу расплакаться перед ним.

- А я да, уходи.

- Не хочешь знать почему?

Я разрушила твою жизнь, ты уже ясно дал понять, так что убирайся из моего дома.

- Нет.

- Арес…

- Я не собираюсь уходить! – Он повышает голос, вставая с места, что разжигает во мне гнев. – Мне это нужно, нужно сказать тебе это. Мне нужно, чтобы ты знала, почему я тебя ненавижу.

Я сжимаю руки по бокам.

- Почему ты меня ненавидишь, Арес?

- Потому что, ты заставляешь меня чувствовать. Ты заставляешь меня чувствовать, а я не хочу этого.

Я просто без слов, но ничего не показываю, и он продолжает.

- Я не хочу быть слабым, я обещал себе не стать, как мой отец, и вот я стою тут, как слабак перед женщиной. Ты делаешь меня таким как он, ты делаешь меня слабым, и я это ненавижу.

Позволяю гневу завладеть моей речью.

- Если ты меня так ненавидишь, как черта ты все еще тут? Почему не оставишь меня в покое?

Он снова повышает голос.

- Думаешь, я не пытался? – выпускает саркастичный смешок – Я пытался, Ракель, но я не могу!

- Почему нет? – я провоцирую его, подходя ближе.

И вот возвращается сомнение, он открывает и закрывает рот, сжимая подбородок. Его дыхание учащенно, как и мое. Я тону в интенсивности его взгляда, и он отворачивается, снова растрепывая свои волосы.

- Арес, тебе нужно уйти.

Он слегка поворачивается так, что я вижу его профиль с глазами, смотрящими в пол.

- Я думал, что это дерьмо со мной никогда не случится, я так старался его избежать и все равно это случилось, и я не знаю те ли это чувства на самом деле, но я больше не могу их сдерживать…

Он полностью поворачивается ко мне с опущенными плечами, разбитый, его голубые глаза полны эмоций.

- Я влюблен, Ракель.

Я перестаю дышать, от удивления у меня отпадает челюсть.

Он начинает по-дурацки улыбаться.

- Я так чертовски влюблен в тебя.

Мое сердце подпрыгивает, все тело обдает электрошоком. Я хорошо его расслышала? Арес Идальго только что сказал, что влюблен в меня? Он не сказал, что хочет меня, не сказал, что хочет затащить меня в постель, сказал, что влюблен в меня. Я не могу говорить, не могу пошевелиться, могу только смотреть на него. Могу только наблюдать за тем, как эти ледяные стены рушатся передо мной.

И затем я вспоминаю…

Историю..

Его историю…

Воспоминание размыто, но его слова четкие. Он застал свою мать в постели с чужим мужчиной, и его отец простил неверность. Арес это все прожил, он это видел. Его отец был для него опорой, видеть его слабым и плачущим, должно быть, было для него сильным ударом.

Я не хочу быть слабым, не хочу быть как он…

Я его понимаю, знаю, что это не оправдывает его действий, но, по крайней мере, у него есть объяснение. Мама всегда говорила мне, что то, кем мы являемся, во многом зависит от нашего воспитания и того, что мы проживаем в нашем детстве и в подростковом возрасте. В этот период мы впитываем все как губки.

И вот я его вижу…

Молодой человек предо мной это не тот высокомерный холодный кретин, с которым я разговаривала в первый раз через окно. Это просто парень, у которого был сложное начало. Парень, который не хочет быть похож на человека, которым он раньше восхищался, не хочет быть слабым.

Уязвимый мальчик.

Озлобленный мальчик, потому что не хочет быть уязвимым. А кто хочет? Влюбиться в кого-то – значит наделить его силой, которая может тебя разрушить.

Арес смеется, качая головой, но веселье не достигает его глаз.

- А теперь ты молчишь.

Я не знаю, что сказать.

Я слишком ошарашена поворотом этого разговора. Мое сердце на грани краха, и дыхание не лучше.

Арес отворачивается, что-то бормоча.

- Дерьмо. – Прислоняет голову к стене.

Смешок вырывается из моих уст. Я громко смеюсь, и Арес  снова поворачивается ко мне, в его глазах читается явное недоумение.

- Ты… безумец… - говорю смеясь, даже не знаю, отчего мне смешно.

– Даже твое признание было таким нестабильным.

- Прекрати смеяться, – говорит серьезно, приближаясь.

Я не могу.

- Ты ненавидишь меня за то, что любишь? Ты сам себя слышишь?

Он ничего не говорит, только сжимает кончик носа в растерянности.

- Я тебя не понимаю. Я, наконец, набираюсь храбрости сказать тебе о своих чувствах. А ты смеешься?

Я прочищаю горло.

- Извини, правда, просто…

Думаю, это нервное.

Его серьезность подкашивается, и на губах появляется кривая улыбка.

- Ты добилась своего.

Я свожу брови.

- Чего?

- Помнишь, что ты мне тогда сказала на кладбище?

- Тогда чего ты хочешь?

- Чего-то очень простого, чтобы ты в меня влюбился.

Не могу сдержать улыбку.

- Да, а ты посмеялся надо мной. И кто теперь смеется, греческий бог?

Он наклоняет голову в сторону, глядя на меня.

- Ты заманила меня в ловушку, но по пути тоже влюбилась.

- Кто сказал, что я влюблена?

Он подходит, вынуждая меня пятиться назад, моя спина упирается в стену, оставляя без выхода. Он наклоняется, кладет руки на стену, заключая меня между ними. Он пахнет невероятной смесью дорого парфюма и его собственного запаха. Я сглатываю, находясь в паре сантиметрах от этого лица.