«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания
- Автор: Левис Мария Михайловна
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Кабинетный ученый
- ISBN: 978-5-7525-3068-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания». Краткое содержание книги:
Написанные без затей, как пишутся все личные дневники и письма, адресованные прежде всего близким, эти воспоминания полны удивительной энергией жизнелюбивой натуры рассказчицы, не просто принимавшей все, что ни пошлет ей век, но словно бы выступавшей этому всему навстречу.
Но тут-то нас настигли родные. С позором мы были возвращены в лоно семьи. Бедной Раюше попало… А я была потрясена, я так верила ей, я ни на минуту не усомнилась в том, что она действительно может меня нести на руках и унесет в какую-то другую жизнь. Мне казалось, что она все может.
Осень 1894 года. Мне примерно четыре с половиной года. Пошли гулять с сестрой Раюшей и нянькой Прасковьей по Большой Дворянской улице. Какое-то необычайное волнение. Люди скапливаются, о чем-то говорят. Навстречу нам попался человек, несший в руках большие олеографии, изображавшие на зеленоватом фоне большую бородатую голову человека, лежащую на красной бархатной подушке. Видна была часть мундира. Нянька сказала: «Царь помер». Я стала читать подпись на олеографии (читать научилась в четыре года).
Меня поразили слова: «Почил в Бозе». «Почил» — я поняла — уснул значит; но, что такое «Боза», не поняла. Няньку не спросила, решив, что она тоже этого не ведает. Так я узнала о смерти Александра III. Я никак не восприняла этого события. Я знала слова «смерть», «умер», но еще не понимала их смысла.
Несколько позднее, когда умерла бабушка (в 1895 или 1896 году), я столкнулась со смертью близкого мне человека и начала что-то понимать: вот жила бабушка, любила нас — детей, и мы ее любили, а потом заболела и куда-то исчезла из нашей жизни, и я знала, что никогда больше ее не увижу, что смерть — это нечто неизбежное, невозвратимое и поэтому страшное.
Раюше шесть лет. Ее решили отдать в школу, находившуюся рядом с нами — на нашей же улице. Это была, собственно, не школа, а небольшая группа детей, с которыми занималась учительница. Она учила детей грамоте.
Раюше ходить туда, очевидно, скучновато. Для развлечения она решила привести в школу нашего любимца — мопса Бобку. Ей как-то удалось провести его незаметно в комнату для занятий. Усевшись за парту, она пихнула его под скамейку и старательно натягивала с колен коротенькую юбочку, чтобы прикрыть непрошеного гостя. Некоторое время Бобка молча сидел под скамейкой, но, очевидно, темнота, пинки Раюшиных ног, необходимость сидеть неподвижно надоели ему. Он возьми и залай! Тут-то все и обнаружилось. Бобку извлекли из-под скамейки и с позором выставили из школы. А Раюша получила строгий выговор.
Манечка (5 лет) и Рая (7 лет)
Ей было объяснено, что это школа для детей, а не для собак, и строго-настрого было запрещено приводить или приносить с собой животных. Ничего не поделаешь. Пришлось примириться с такой постановкой дела.
Приходя домой, она пыталась научить меня писать. Читать я уже научилась раньше, сама, при помощи подаренных кубиков, а вот писать не умела. Я исписывала большими печатными буквами листы бумаги и показывала сестре. Я преподносила ей такие шедевры: «МАНА, РАА» (то есть Маня, Рая) и т. п. Она издевалась и поправляла, но я спорила с ней и не понимала. Писать по-настоящему я научилась позднее.
Папа купил себе велосипед. Велосипед совсем не похож на современный. Одно колесо огромное, другое маленькое. Он ходит в Александровский парк (куда мы тоже ходили с нянькой Прасковьей), где и упражняется в езде на этом удивительном драндулете. Все мальчишки с нашей улицы толпой бегут за ним с криком: «Левис пошел учиться кататься на велосипеде!» Мы с Раюшей тоже бежим вслед за отцом. Он очень упорен. Каждый день упражняется. Падает, опять взлезает на это странное сооружение и снова учится.
Выучился в конце концов! Стал страстным велосипедистом. Позднее был членом «Общества велосипедистов», ездил в дальние экскурсии (на уже нормального вида велосипеде новейшего образца). Обожал этот спорт. Приучил к нему и старшую сестру Фанни, ей купил дамский велосипед.
Когда Раюше исполнилось двенадцать лет, ее тоже научили ездить и тоже купили ей велосипед. В том же возрасте и меня папа пытался приобщить к этому виду спорта. Я обучалась на Раюшином велосипеде. С трудом выучилась и я. Отец поехал со мной на острова[1]. Вернулась я совершенно измученная. На булыжной мостовой меня растрясло, и половину обратного пути не велосипед меня вез, а я его вела, держа за руль.
После этой поездки отец презрительно сказал: «Тебе бы только по паркету кататься или по расчищенным аллеям парка! Не будет тебе отдельного велосипеда. Захочешь, будешь кататься на Раюшином». Так я и не стала велосипедисткой, и не получила своего велосипеда, что, должна сказать, меня не очень огорчало.
1
Скорее всего, имеются в виду острова Елагин, Крестовский, Каменный — там чаще всего гуляли (и наверное, по сю пору гуляют) петербуржцы. — Примеч. Д. Д. Маркович.