Палаццо Волкофф. Мемуары художника
- Автор: Волков-Муромцев Александр Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-253-3
- Переводчик: Ольга И. Никандрова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Палаццо Волкофф. Мемуары художника». Краткое содержание книги:
После службы кое-кто из священников уходил в ризницу, откуда мог видеть исповедальни, расположенные в разных частях церкви. Когда священник видел человека, ожидающего конкретно у его исповедальни, он шел к нему и исповедовал его. Прямо напротив меня стояла исповедальня, где я часто видел женщин, стоявших на коленях, в ожидании священника, который затем выходил из ризницы и сосредоточенно пересекал церковь; но прежде чем войти в исповедальню, он поворачивался ко мне и кланялся издалека. Однажды, после исповеди, священник подошел прямо ко мне. «Какие признания Вы наверное выслушиваете, монсиньор! — сказал я. — Это должно быть интересно».
«Всегда одно и то же», — ответил он, улыбаясь.
Акварель, написанная в Кьодже, сегодня находится в Национальной галерее в Сиднее.
После ласкового прощания с женщинами, которые так хорошо и любезно ухаживали за мной и за такое скромное вознаграждение, я вернулся в Венецию, где снова начал работать целыми днями, а вечера проводил в обществе.
В течение двадцати лет, когда моя работа в церквях обязывала меня иметь отношения со священниками, я только восхвалял их дружелюбие. Как правило, они были довольно простыми людьми, но умными и жаждущими знаний. Ничто так не примечательно было в те времена, как доверие, с которым относились к художникам. Они были заперты в церквях с полудня до пяти часов, и в течение этого времени пребывали там абсолютными хозяевами, за исключением церкви дей Фрари, где смотрители оставались в течение всего дня, ожидая туристов и их чаевых. Во всех других церквях смотрители уходили и закрывали двери на двойной замок. Желал бы я быть поэтом, чтобы иметь возможность описать чувства оставшихся в одиночестве в тех старых стенах, которые в течение неисчислимых веков были тихими свидетелями радостных и горьких сцен человеческой жизни. Из-за отсутствия экипажей на улицах Венеции я не думаю, что в какой-либо другой стране есть церкви, где тишина настолько полна и впечатляюща. Нигде больше художник не может найти более благоприятных возможностей для своей работы, абсолютного отсутствия шума и людей, которые заходят и выходят, раздражая своим присутствием, и радости от нахождения предмета своего труда каждый день в тех же условиях и при тех же аспектах света и тени.
Однако иногда у меня были сюрпризы даже в церкви. Однажды, будучи запертым в соборе Святого Марка и думая, что нахожусь там в одиночестве, я внезапно увидел графиню Ольгу Мочениго, выходящую из-за одной из многочисленных колонн церкви. Она чуть не напугала меня.
«Графиня, как же Вы сюда попали?»
«Когда месса закончилась, я осталась на исповедь у патриарха[92]», — сказала она. И тогда я увидел, как патриарх, увенчанный своей красной шапочкой, шел по коридору, который соединял храм с его собственными покоями.
Я поцеловал графине руку, и она пошла к дверям, где ее ожидал церковный служитель.
В другой раз священник удивил меня своим присутствием духа. Я был заперт уже около двух часов, когда внезапно услышал шум двери, открывающейся из ризницы. Через несколько минут священник вошел в церковь, не заметив меня, так как я стоял за колонной. Его беспорядочные шаги и лихорадочные жесты сразу привлекли мое внимание, и я стал наблюдать за ним. Он казался ужасно взволнованным, как будто каясь за какое-то ужасное преступление. Высокий и красивый, он остановился перед колонной, прислонясь головой к ее холодному мрамору. Затем он вслепую сделал несколько шагов, пока его рука не коснулась скамьи, перед которой он стоял неподвижно, склонив голову. Мне было ужасно жаль этого человека и мысль о том, как он будет потрясен, если узнает, что кто-то был свидетелем его трагических жестов, заставила меня дать ему знать о своем присутствии. Поэтому я громко кашлянул за колонной. Эффект оказался волшебным: через секунду мужчина преобразился. Он вытащил из кармана небольшую книгу, делая движения, рассчитанные на то, чтобы показать огромное впечатление, которое чтение произвело на него, и пошел ко мне, не ослабляя свой литературный энтузиазм, до тех пор, пока он не оказался в двух шагах от меня. Затем мы начали дружно общаться.
В Равенне я писал картину, изображающую внутреннюю часть ризницы, с намерением представить священника, сидящего спиной ко мне, и дававшего урок певчему. Священник во плоти и крови, иногда приходивший посмотреть на мою картину, обещал найти для меня модель.
«Я отправлю Вам, — сказал он, — самого красивого и послушного из всех моих певчих», и я действительно мог похвалить в качестве моей модели маленького девятилетнего мальчика, который должен был стоять с открытым ртом в позе поющего ребенка. Время от времени я позволял ему сесть, а потом мы беседовали.
92
Предстоятель католической епархии в Венеции носит титул патриарха, вследствии византийского влияния в Средние века.