Бамбуковая крепость
- Автор: Минеев Александр Иванович
- Год: 1984
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Бамбуковая крепость». Краткое содержание книги:
В провинции Нгиабинь горы довольно далеко отступают от морского побережья. Из всех прибрежных провинций Центрального Вьетнама здесь больше всего равнинной пахотной земли для выращивания риса. В середине низменности находится уездный центр Аннен. Сам он ничем не отличается от других маленьких городков в центральной части страны. Но зато рядом на холме возвышается группа хорошо сохранившихся строений своеобразной формы: они похожи на едва поднявшиеся из земли ростки молодого бамбука. Это постройки эпохи тямского государства, которое со 192 года до конца XVII века существовало на территории нынешнего Центрального Вьетнама. Сейчас маленькие поселения их потомков можно встретить в более южной провинции Тхуанхай, где находились Каутхара и Падуранга — последние остатки Тямской империи перед ее окончательным падением, — в некоторых районах дельты Меконга и в Кампучии, куда отдельные группы тямов переселились позднее.
Язык тямов похож на индонезийский, а их богатое архитектурное наследие и скульптурные памятники носят весьма заметный отпечаток индийского брахманизма. Впоследствии большинство из них приняло ислам, и издали по одежде их можно принять за арабов.
В Нгиабине и дальше на Север тямского населения совсем не осталось, и только такие вот кирпичные башни, как покинутые сказочные замки, попадаются вдоль всего пути от самого Дананга ДО Фанранга. В Дананге есть музей тямской культуры, где собрана самая богатая коллекция искусства тямских ваятелей. Она напоминает о былом процветании государства рыбаков, мореходов и скотоводов.
До 939 года река Зянь была южной границей Вьетнама. За ней следовали земли Тямокой империи. Оттуда начался марш Вьетнама на юг, который длился до 1780 года, прежде чем страна приобрела ее нынешние границы.
На месте Куинена, административного центра провинции Нгиабинь, располагалась столица Тямпы — Виджайя. От нее практически ничего не осталось. А в 1069 году в Виджайе было 2560 домов. Семь веков насчитывает история постепенного поглощения Вьетнамом тямского государства. Его этапы обозначены датами войн и мирных договоров, брачными союзами между принцами и принцессами двух королевских дворов. Но не только в военном превосходстве вьетнамцев заключается причина успешного «марша на юг». После очередной войны к Вьетнаму присоединялись области, уже заселенные вьетнамскими крестьянами. Иными словами, эти области сначала становились этнически вьетнамскими, а потом уже включались в состав вьетнамского государства.
В начале нашего тысячелетия, после освобождения Вьетнама от китайского господства, начался этап мощного всестороннего развития страны. Он сопровождался и ростом населения. В дельте Красной реки становилось все теснее. Самые бедные изгои общин искали лучшей доли за южными границами родины. Среди них были и спасавшиеся от тяжелого бремени долгов и налогов, от воинской повинности, преступники.
На своем пути земледельцы встречали неосвоенные земли, населенные полукочевниками-скотоводами и моряками. Поколениями воспитанный общинный коллективизм и нелегкий труд по освоению под рис новых земель заставляли их сплачиваться и создавать общины, организованные по образу и подобию тех, что существовали на их старой родине. Это было мирное наступление колонов на земли, которые пустовали у тямов. Вьетнамцы несли с собой более высокую культуру земледелия и крепкую социальную организацию. Именно социальная организация была их главным преимуществом. Иногда хозяева земель, тямские короли, пытались выражать недовольство чрезмерным притоком вьетнамцев. Но за спиной колонов, у южных границ Вьетнама, стояли императорские войска, готовые защитить интересы соотечественников.
Государство поощряло такое переселение. Правивший во второй половине XV века император Ле Тхань Гон создал специальное ведомство дон диенов. Дон диенами назывались поселки полувоенного типа, создаваемые на пограничных землях соседей. Ведомство занималось вербовкой бродячего люда, потерявшего корни и родных общинах. Преступники и беглецы от повинностей имели возможность искупить свою вину. Но и просто добровольцев находилось немало. Императорский двор Тханглонга преследовал этим две цели: создать защитный буфер у южных границ и потом мирным путем расширить территорию. Позднее дон диенами стали называть и поселения солдат, осевших навсегда после боевых походов на новых землях. Потомки солдат становились обычными крестьянами, а дон диены превращались в мирные деревни. Особенно активно политика создания дон диенов проводилась после 1755 года, когда Кампучия уступила Вьетнаму свои дикие и редконаселенные восточные окраины в дельте Меконга.
Лично мне кажется, что самый красивый тип вьетнамца по внешности — это жители центральных прибрежных провинций страны. Наверное, северяне и южане не обидятся на меня за такую оценку. И среди них бытует мнение, что самые очаровательные девушки живут в Хюэ. Этот город с его дворцами и мавзолеями, со спокойным зеленым ландшафтом по берегам Ароматной реки дал Вьетнаму когорту поэтов и художников, воспет в стихах и песнях, живописных полотнах. Даже сама история присоединения к Вьетнаму той области, где стоит Хюэ, овеяна романтизмом.
В 1301 году вьетнамский император Чан Нян Тонг прибыл в Виджайю в гости к королю Тямпы Джайя Симхаварману III, чтобы обсудить вопросы отношений между двумя странами. Он решил скрепить мир брачным союзом. При этом вьетнамский монарх, демонстрируя свое уважение к Виджайе, последовал обычаям принимавших его хозяев. Если у вьетнамцев сваты жениха приезжают просить руки невесты, то у тямов наоборот. Чан Нян Тонг выступил в роли свата, предложив свою дочь, прекрасную Хюен Чаи, в жены королю Тямпы. В соответствии с тямской традицией Вьетнаму от жениха полагался выкуп. Этим выкупом и стала область Тхуанхоа, где впоследствие был основан город Хюэ. Пышную свадьбу играли во вьетнамской столице, после чего новая тямская королева уехала с мужем в Виджайю.
Продолжение этой истории весьма печально. В 1306 году Хюен Чан стала вдовой. По брахманистскому обычаю она должна была последовать за останками своего мужа на костер. Но тут уж было не до соблюдения традиций, и отец-император немедля послал в Виджайю экспедиционный отряд для спасения дочери.
В районах Тямпы, заселенных вьетнамскими колонами, тямское население быстро ассимилировалось, воспринимало вьетнамскую систему земледелия и социальной организации. Видимо, смешению кровей и обязаны своим очарованием девушки Хюэ и всего Центрального Вьетнама. Пришельцы учились у коренного населения искусству мореплавания и ловли рыбы.
Потомки вьетнамских поселенцев и местных тямов в общине Фыоктханг недалеко от Куинена, конечно, не помнят своих далеких предков, впервые обосновавшихся в этих местах. В XV или XVI веке, когда здесь возникла деревня, общинная организация в ней уже была вторичной по сравнению с изначальными деревнями Севера. Второе рождение Фыоктханг пережила после 1975 года. Она была заново основана на опустошенной земле. Исчезновение и возрождение повлекли за собой новую ломку деревенских традиций.
С вершины очередного перевала, какие разделяют участки равнины провинции Нгиабинь, открывается вид на зеленое море из кокосовых пальм. Каждая деревня, укрытая их сенью, выглядит настоящим кокосовым раем, будто срисованная с картинок мореплавателей прошлых веков, которые изображали далекие тропические страны. Начиная с Нгиабиня и дальше на юг кокосовая пальма безраздельно захватывает место бамбука в сельском пейзаже.
По старой статистике, Нгиабинь — самая «кокосовая» провинция Вьетнама. Здесь пальм больше, чем в каком-либо другом районе, они выше, и орехи лучше. Как-то еще до освобождения Юга я зашел на ханойский рынок, чтобы купить кокосы.
— Это очень хорошие орехи, — приговаривал продавец, вертя передо мной плод размером с человеческую голову. — Лучше бывают только в Нгиабине. По его мнению, это звучало наивысшей оценкой товара.
Выращивание кокосовых орехов, получение копры были в числе главных занятий крестьян Нгиабипя. В 1960 году в провинции насчитывалось около трех миллионов этих деревьев, гораздо больше, чем по одному на каждого жителя. Артобстрелы, бомбежки, отравляющие вещества, применявшиеся американцами во Вьетнаме, свели кокосовые плантации Нгиабиня до полумиллиона корней. Люди, которым пальма давала кров, пропитание, работу, вынуждены были менять образ жизни, покидать родные деревни, искать новые занятия. Многие тогда ушли в Куинен, население которого к моменту освобождения увеличилось в три-четыре раза, достигнув 240 тысяч человек.