Бамбуковая крепость
- Автор: Минеев Александр Иванович
- Год: 1984
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Бамбуковая крепость». Краткое содержание книги:
Только общегосударственный транспорт курсирует между крупными городами, пересекая сразу по- нескольку провинций. Внутри провинции действует транспорт местного подчинения. Большие, а чаще малые, автобусы, грузовики и грузовички, на Юге — трехколесные «ламбретты» и даже легковые такси связывают уездные центры, крупные деревенские рынки. На этом же местном транспорте можно доехать до соседней провинции, но не дальше.
Главную роль в транспортном организме Вьетнама (в том, что касается внутренних перевозок) играют не крупные порты, железные дороги и стержневые автомагистрали, находящиеся в ведении центра, а именно местный транспорт. Он обеспечивает ныне 80 процентов тоннажа грузовых и 90 процентов объема пассажирских перевозок.
В начале 80-х годов провинции, уезды и общины, особенно на Юге страны, где средний вьетнамец более «мобилен», развернули особенно большую работу по развитию своего транспорта. На средства из местных бюджетов прокладываются малые судоходные каналы, строятся мосты, дороги, речные причалы. Широко используется местная рабочая сила, например крестьяне, в сезон спада сельскохозяйственных работ. При большом дефиците бензина транспортные организации Хошимина и Дананга оборудовали часть автопарка газогенераторами и используют в качестве горючего древесный уголь. Местные транспортные нити имеют особенно важное значение в разгар государственных заготовок риса. По ним зерно стекается к большим автодорогам, железнодорожным станциям, портам.
Донгхой — первый город по дороге из Ханоя на Юг, на автостанции которого можно встретить немало стареньких, но блистающих яркими красками и надписями микроавтобусов и «ламбретт» с номерами частных и кооперативных транспортных предприятий бывшего Южного Вьетнама. Обгоняя эти набитые до отказа, обвешанные корзинами микроавтобусы и «ламбретты», мы утром отправились дальше на юг по бывшей «выжженной земле».
Мост Хиенлыонг через реку Бенхай проезжаем не задерживаясь, как и все многочисленные мосты через реки и речушки, попадающиеся на долгом пути из Ханоя в Хошимин. Здесь нет ничего примечательного. Нет запомнившегося мне по поездкам прошлых лет обращенного к югу панно со словами «Вьетнам — одна страна, вьетнамцы — один народ». Пустуют устремленные в небо высокие мачты флагштоков на обоих берегах. Река Бенхай, которая более 20 лет разделяла Северный и Южный Вьетнам, теперь уже не служит границей ни провинций, ни даже уездов. По обоим берегам ее — земли уезда Бенхай провинции Биньчитхиен Социалистической Республики Вьетнам.
В 1973 году, когда я попал в эти места впервые, меня поразила их пустынность. К северу от бывшей демаркационной линии — изрытая воронками земля, напоминавшая пейзаж на снимке с лунохода, ушедший в траншеи и землянки уездный центр Виньлинь. К югу — обезлюдевший городок Донгха, где не оставалось ни одного целого здания.
Через семь лет я не узнал ни Виньлиня, ни Донгха. Домов городского типа построено немного — только государственные и общественные здания, длинные армейские казармы. Подавляющее большинство составляют такие же домики, как в деревнях. Но они сгрудились вовсе не по-деревенски, образуя улицы и кварталы. Поразило оживление обоих городков, которое выражается в сутолоке на автобусных станциях, у речных причалов, на многоголосых рынках. Эти малые города выросли за считанные годы как транспортные перевалочные пункты и торговые центры. Промышленных предприятий в них почти нет. Но вместе с торговцами поселились ремесленники. Процесс роста продолжается. Особенно быстро развивается Донгха, который находится на перекрестке двух важных шоссейных дорог, на берегу судоходной реки с удобным выходом в море. До разрушения он был намного меньше тогдашнего провинциального центра Куангчи.
Ищу глазами, но не нахожу тех мест вдоль взорванного дорожного полотна, где в 1973 году мы пробирались в сопровождении солдат Вьетнамской народной армии к линии прекращения огня. Путь тогда лежал мимо воронок, заполненных водой, искореженных скелетов машин, обрывков завитой в кольца ржавой колючей проволоки. На берегу реки Тхатьхан из будки, обложенной мешками с песком, я рассматривал руины города Куангчи, расцвеченного желтыми трехполосыми флагами сайгонского режима. Остатки старинной цитадели, жилых домов, обугленные стволы деревьев…
Подбитые танки американского производства и сейчас чернеют кое-где у дороги к Куангчи. Через новый мост переезжаем реку Тхатьхан. Но города Куангчи нет. Не видно даже его руин. Только небольшой поселок сельского типа стоит у обожженного фундамента цитадели.
Провинция Бииьчитхиен более других во Вьетнаме пострадала от войны. Ее южная часть уже с середины 60-х годов стала объектом разработанного американцами чудовищного плана создания «санитарной зоны». По замыслам пентагоновских стратегов, из этого района, граничившего с Демократической Республикой Вьетнам, нужно было выселить всех мирных жителей и таким образом разорвать связь освободительного движения в Южном Вьетнаме с социалистическим Севером. План этот начал осуществляться. Он касался зоны с населением более миллиона человек. На месте деревень строились военные базы. Цепь таких заградительных баз, напичканных электроникой и получивших название «линии Макнамары», перерезала в этом узком месте весь Вьетнам от лаосской границы до моря. Недалеко от Куангчи и по сей день ржавеют остатки стального покрытия взлетно-посадочной полосы авиабазы Айты. А когда-то на этом месте была одна из самых крупных и старинных вьетнамских деревень, возникших в средние века у южных рубежей Вьетнама того времени. Подобная участь постигла множество других деревень.
Деревни исчезли, их жители перестали быть крестьянами и ушли. Куда? Большинство стали мелкими торговцами и безработными в городах, многие устроились зарабатывать себе на рис на строительстве и обслуживании стратегических объектов: тех же баз, портов, нефтехранилищ, того же шоссе, по которому сейчас так приятно ехать, но которое строилось далеко не для удовольствия туристов. Деревни, которые мы сейчас проезжаем, новые. Они не похожи на традиционные по внешнему виду. Война поломала старую общину. Крестьяне, которые вернулись, уже не те, что когда-то уходили отсюда.
Затея с «санитарной зоной», как и многие другие, рожденные за океаном планы «умиротворения» Южного Вьетнама, не увенчалась успехом. Если проехать от шоссе номер 1 вдоль реки Бенхай на запад, к лаосской границе, то через 20 километров взору открывается огромный белый обелиск с надписью «Родина помнит о подвиге». Это кладбище павших воинов армейского соединения «Чыонгшон». Они в годы войны обеспечивали постоянную связь южного фронта с северным тылом. Сначала пешком и на велосипедах по труднопроходимым тропам Чыонгшонского горного хребта. Поэтому путь и получил имя «тропы Хо Ши Мина». Постепенно усилиями воинов «Чыонгшона» он был превращен в целую систему автомобильных дорог общей протяженностью 16 тысяч километров. Один из отрезков этого пути мне довелось проехать в ноябре 1972 года. Американцы тогда сильно бомбили шоссе номер 1. Бомбили они и «тропу Хо Ши Мина». Но она состояла из многих хорошо скрытых джунглями параллельных и пересекавшихся дорог, поэтому у водителей и пассажиров было больше шансов доехать до цели.
Ехали медленно в непроницаемой черноте южной ночи. Только тускло освещенный участок дороги перед самым капотом машины разрывал темноту. О включенных фарах не могло быть и речи. Небольшие лампочки на бампере, укрытые сверху жестяными козырьками, помогали хоть как-нибудь продвигаться вперед. Обычно путешествие с севера страны до окрестностей Сайгона занимало месяц и более. В соединение «Чыонгшон» входили грузовые автоколонны, инженерно-строительные части, войска охранения, зенитные батареи. В пунктах дневного отдыха существовали бивуачные городки. В них постоянно жили солдаты, которые разводили свиней и кур, выращивали овощи, занимались заготовками риса и другого продовольствия в окрестных деревнях. Кладбище павших воинов «Чыонгшона» огромно, но далеко не все, кто погиб на «тропе Хо Ши Мина», похоронены на нем. Не только выстроенный после победы обелиск увековечил память о них. Своеобразным памятником стала сама система дорог на малоосвоенном ранее горном западе Южного Вьетнама, армейские хозяйства среди гор и джунглей. Некоторые нити этой транспортной сети покрываются асфальтом. Они послужат будущему экономическому освоению новых перспективных районов.