Джентльмен Джек в России
- Автор: Хорошилова Ольга
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Манн, Иванов и Фербер
- ISBN: 9785001697367
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Джентльмен Джек в России». Краткое содержание книги:
Наконец напились чаю, плотно поужинали московскими запасами, надели домашние платья, покрылись овечьими тулупами и заснули. Блаженство было кратким: «Я проснулась ночью от укусов, меня всю закусали клопы, их не испугал даже свечной свет. Я заснула лишь под рассвет».
В 8:30 утра, не позавтракав, помчались в лавру. Через тусклую Надвратную церковь Рождества Иоанна Предтечи вышли на площадь и очень удивились храму Преподобного Сергия с Трапезной палатой. Он был каким-то совсем не русским, не монашеским, диковинным, задорным, в шутовских заплатах-треугольниках. Не церковь — а венецианский паяц в пестром костюме и шапке с золотым бубенцом. У его безымянного автора, определенно, был веселый нрав, южное чувство цвета и Средиземное море в крови.
«Его трапезная великолепна, особенно фасад. Арабский, византийский, сарацинский, татарский — словом, какой-то гротесковый стиль, очень живописный. Я скопировала часть его росписи — но на рисунке ошиблась: красный должен быть желтым, а желтые сегменты — красными. Внутри Трапезной — большой длинный зал с часовней в дальней части. Когда мы там были, уже накрыли столы и около ста монахов готовились завтракать. В зале 4 или 5 картин. На одной — Спаситель на троне, над которым изображены Бог Отец и Дух Святой в образе голубя. Слева от Спасителя представлен царь Иоанн IV Васильевич, а перед Спасителем — коленопреклоненные святой Сергий и святой Никон».
Потом обошли Троицкий собор с маленькой чудной пристройкой, Никоновской церквушкой. Стройный, белый, ладный, он напоминал монашенку в белом праздничном платье и кокошнике, которая вела за руку милую застенчивую послушницу. В храме шла служба. «Тридцать монахов, все в облачениях, расшитых серебром, и черных колпаках. Настоятель был в особой татарского типа шапке, украшенной золотом и четырьмя овальными медальонами с изображением Богоматери, Распятия и чего-то еще. Шапка кажется тяжелой. Когда он готовился читать из Евангелия (в золотом окладе с драгоценными камнями), большой, высокий, с красивым низким голосом дьякон, стоявший позади него, снимал с него шапку и вновь ее надевал, когда настоятель заканчивал чтение. Мы стояли рядом с ним. Хор пел красиво, но сама служба неинтересная. Иконостас сплошь золотой. Мощи преподобного Сергия покоятся под балдахином, стоящим на четырех колоннах. Все из чистого серебра — невероятно. Это самая дорогая гробница, которую я видела в своей жизни».
В ризнице увидели знаменитые сокровища — золотые распятия, паникадила, подсвечники, иконы, златотканые облачения, драгоценные оклады. Англичанкам указали на топаз, маслянисто блестевший на архимандритской шапке, — сказали, что стоил целых 200 тысяч рублей. Натурфилософскую душу Анны тронул не он, а камень-агат с распятием и фигуркой молящегося монаха. Эту душещипательную картину сотворила сама уральская природа, зело мастерица на такие забавы. Покоренный ее божественным промыслом митрополит Платон передал чудо-агат в ризницу.
Потом поднялись на колокольню. И сердце защемило от просторов, от глубокой, пронзительной, мудрой, снегами поющей русской тоски, удивительно созвучной холодному протяжному густому гулу колоколов, возвещавших начало торжественного дневного богослужения. Они спустились и поспешили в Троицкий собор.
«Служба уже шла. Стояли все те же тридцать монахов, которых мы видели здесь утром, в тех же облачениях. Церемония закончилась освящением воды — настоятель проворно опускал крест в лохань с водой, и оттуда она стекала в емкость, похожую на глубокое блюдо. Потом этой водой паства наполняла чашки, чайники, кувшины. Люди зло продирались за ней, толкали друг друга. И еще интересная деталь — в заключительной части службы хор славословил “Господина Императора”, перечисляя все его титулы — это длилось несколько минут, потом называли всех членов его семьи, цесаревича, великих князей, их жен и так далее. И все это заканчивалось словами “славься” и “много лето”».
Письмо графини Паниной открыло англичанкам двери архимандритского дома — их пригласили на аудиенцию с настоятелем, отцом Антонием. Любезно встретили, помогли разоблачиться и провели по двум залам — Императорскому, расписанному фресками, и более уютному Патриаршему, с тусклыми картинами на стенах. Там попросили подождать. Вскоре двери анфилады распахнулись, и вошел настоятель — в черной рясе, черном легко развивающемся клобуке, с высоким тяжелым посохом. Лицо неподвижное, бледное, изможденное — восковые впалые щеки, истонченный нос, снежная борода с ледяными искрами. Вошел — и будто холодом повеяло. Все замерли. Он шелестел по глянцевому паркету, останавливался на минуту около гостя — тот кланялся, припадал к руке, настоятель его крестил, задавал дежурный вопрос, что-то вкладывал в руку и шелестел дальше. Очередь быстро дошла до Энн и Анны. К несчастью, Антоний не владел ни английским, ни французским. Слуга англичанок, Георг, кое-как перевел. Анна получила благословение и памятный подарок — скромный фарфоровый образок с Распятием.