Чернобог (СИ)

— Да и не говорите, Матвей Елисеевич, — замялся Тим. — Убыточная вышла поездочка. На безоары же хватит?

Продавец выложил на стойку кило лучших лакомств и, подумав — внушительную пачку кофейных зёрен с чёрной собакой на этикетке.

— Это тебе, — смущённо сказал он. — Просто в подарок. Спасибо за твою работу.

Тим удивился и обрадовался. Ему стало неловко перед семарглом, но тот решительно подвинул подношение гостю.

— И вам спасибо, Матвей Елисеевич.

— Ты делаешь мир чище и безопаснее. Удачной охоты, Борзой. Приходи, через четыре дня заказ будет готов.

— Хорошо.

Тим невольно заулыбался от комплимента. Жаль, что продавец под шлемом этого не увидел, но руку пожал крепко и охотно. Всякому приятно знать, что его ценят!

Он вышел с Бобовой, включив режим невидимки, дотопал до любимого невгородского «Мака» и с досадой обнаружил, что тот закрылся на ремонт.

«Ладно, не во всём же сегодня должно везти, — философски рассудил Тим. — Или уж раз тебе подарили кофе, то должен встретиться и тот благодетель на чёрной «Хонде»?

Благодетель на чёрной «Хонде» стал для Тима ознаменованием новой жизненной вехи. Ему тогда было восемнадцать, и его выгнал отец. Тим приехал в Невгород, не зная, зачем — просто глаза привели. Без денег, без ориентиров, без желания жить и самоуважения, но с парой духов и старым, бензиновым ещё моциком. Забрёл в «Мак» в надежде переждать дождь за стаканом дешёвого кофе с бургером. И, уже сделав заказ у кассы, выяснил, что ему не хватит даже на еду. Карта с мобильником остались дома, в Балясне, наличку он почти потратил на бензин по дороге в Невик. Кассир ждал, Тим шарил по карманам в поисках мелочи. Не хватало-то всего туберов десять. Позади начала выстраиваться очередь. Тим стыдливо покосился на стоящего за ним мужика в деловом костюмчике, чьё строгое лицо с восточными чертами выражало нетерпение. И сказал кассиру:

— Простите, я забыл кошелёк дома. Поем в другой раз.

Развернулся и, стараясь не смотреть людям в глаза, ушёл. Дождь плевался в лицо, было мерзко от самого себя и, что ещё хуже, голодно. Но не просить же духов красть для него еду? Тим кое-как успокоился, завёл моцик и погнал прочь, но тут у него на пути встрял светофор со своим красным. Блоки на проспекте подняли, не проскочишь. Пришлось остановиться и мокнуть, как дураку, на перекрёстке. Вот тут-то рядом и возникла матово-чёрная «Хонда». Тим бы не обратил на неё внимания, если бы из окна не доносилась знакомая с младенчества музыка. Такую иногда слушал отец в мрачном настрое.

— И есть ещё белые, белые дни, белые горы и белый лед. Но всё, что мне нужно — это несколько слов и место для шага вперед¹…

Тим нечаянно пересёкся взглядом с водителем и вздрогнул. Да, на него смотрел тот смуглый мужик из очереди в «Маке». Видимо, взял кофе с собой, Тим заметил у него на подставке знакомый стакан. Пришлось принять безучастный вид и уставиться на красный круг светофора, моля, чтобы быстрее зажёгся другой. Но тут мужик коротко посигналил, и Тим понял, что знак делают ему. Он угрюмо покосился на приоткрытое окно «Хонды».

Смуглая рука в розоватом отглаженном манжете протягивала ему такую же розовую пятитысячную купюру.

— Эй, парень, — властно позвал его водила. — Держи.

— Нет, спасибо, не надо, — поспешил отказаться Тим. — Я просто оставил кошелёк…

Но мужик одарил его таким пронзительным взглядом блестящих чёрных глаз, что желание врать тут же пропало.

— Ну, упрямец. Видно же, что ты хочешь есть. У всех бывают сложные времена. Бери, — он отстегнул ремень, передвинулся на пассажирское сиденье, купюра оказалась у Тима перед носом. Его манили деньгами, как дикого зверька лакомством. И Тим, к стыду своему, сцапал чужие немаленькие деньги.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Ограничители убрали, светофор дал зелёный, «Хонда» замычала электродвигателями и вырвалась вперёд, замершему от негаданного счастья Тиму побибикали сзади. Он опомнился и тоже поехал со светофора, сделал поворот направо и подрулил обратно к «Маку». Купил еды, разменяв купюру, и надумал позвонить тёте Саше. По счастью Яхонтова тоже оказалась в Невике. Тот случай крепко засел в памяти Тимофея, и он, проходя мимо «Мака» у Бобовой, каждый раз вспоминал грозного, но неравнодушного мужика на «Хонде». И всё представлял, как вдруг повстречает его однажды и отдаст долг. Но этого, конечно, не случилось. Только та музыка осталась с Тимом и уверенность, что у него всегда есть «место для шага вперёд».

«Ну и ладно, — вышагивая по летнему городу, размышлял незаметный для всего мира Борзой. — Если уж торчать ещё четыре дня в Невике, так надо списаться со старыми заказчиками. Может, они подкинут пару проектов по графике, и на них удастся заработать. Ну и, конечно, с Борькой схлестнуть клинки потехи ради! И найти парочку ненужных стен под раскраску. А потом можно будет уже и за Мразевыми лиходеями отправиться».

Быть взрослым и самостоятельным ему, определённо, нравилось.

Комментарий к 19. Место для шага вперёд ¹ — песня «Место для шага вперёд» группы «Кино».

====== 20. Адамантовая руда ======

2045 год, июнь, Балясна.

Саше Яхонтовой всегда нравилось, как разносятся её спорые, тяжёлые шаги в долгих галереях берзаринского особняка. Тиканьем неотвратимости расправы. Другая женщина, возможно, устыдилась бы подобной армейской поступи, но только не Яхонтова. Она любила заявлять о себе, быть приметной и яркой, кичливой, сильной, довлеющей.