Зарубежная литература средних веков. Хрестоматия

Когда Апрель обильными дождями Разрыхлил землю, взрытую ростками, И, мартовскую жажду утоля, От корня до зеленого стебля Набухли жилки той весенней силой, Что в каждой роще почки распустила, А солнце юное в своем пути Весь Овна знак успело обойти[691], И, ни на миг в ночи не засыпая, Без умолку звенели птичьи стаи, Так сердце им встревожил зов весны, — Тогда со всех концов родной страны Паломников бессчетных вереницы Мощам заморским снова поклониться Стремились истово; но многих влек Фома Бекет[692], святой, что им помог В беде иль исцелил недуг старинный, Сам смерть прияв, как мученик безвинный. Случилось мне в ту пору завернуть В харчевню «Табард», в Соуерке, свой путь Свершая в Кентербери по обету; Здесь ненароком повстречал я эту Компанию. Их двадцать девять было. Цель общая в пути соединила Их дружбою; они — пример всем нам — Шли поклониться праведным мощам. Конюшен, комнат в «Табарде» немало, И никогда в нем тесно не бывало. Едва обильный ужин отошел, Как я уже со многими нашел Знакомых общих или подружился И путь их разделить уговорился. И вот, покуда скромный мой рассказ Еще не утомил ушей и глаз, Мне кажется, что было бы уместно Вам рассказать все то, что мне известно О спутниках моих: каков их вид, И звание, и чем кто знаменит, Иль почему в забвенье пребывает; Мой перечень пусть рыцарь открывает. Тот рыцарь был достойный человек, С тех пор как в первый свой ушел набег, Не посрамил он рыцарского рода; Любил он честь, учтивость и свободу: Усердный был и ревностный вассал, И редко кто в стольких краях бывал. Крещеные и даже басурмане Признали доблести его во брани. Он с королем Александрию брал[693]; На орденских пирах он восседал Вверху стола; был гостем в замках прусских, Ходил он на Литву[694], ходил на русских, А мало кто — тому свидетель бог Из рыцарей тем похвалиться мог. Им в Андалузии взят Алжезир И от неверных огражден Алжир... ...Не раз терпел невзгоды он и горе При трудных высадках в Великом море[695]. Он был в пятнадцати больших боях; В сердца язычников вселяя страх, Он в Тремиссене[696] трижды выходил С неверным биться, — трижды победил. Он помогал сирийским христианам Давать отпор насильникам-османам, И заслужил повсюду почесть он. Хотя был знатен, все ж он был умен, А в обхожденье мягок, как девица; И во всю жизнь (тут есть чему дивиться) Он бранью уст своих не осквернял, — Как истый рыцарь, скромность соблюдал. А что сказать мне о его наряде? Был конь хорош, но сам он не параден; Потерт кольчугой был его камзол, Пробит, залатан, в пятнах весь подол. Он, воротясь из дальних путешествий, К мощам отправился со всеми вместе.