Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания
- Автор: Фаворская Татьяна Алексеевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Санкт-Петербургский государственный университет
- ISBN: 978-5-288-05890-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания». Краткое содержание книги:
Для широкого круга читателей, интересующихся историей России и российской науки.
У соседей-эстонцев, живших в маленьких домиках за забором, я узнала адрес, куда переехал садовод, написала ему и попросила помочь мне разбить сад. Он любезно согласился, мы с ним договорились, что осенью мы с ним посадим молодые яблони, малину, смородину и землянику, а будущей весной он приедет, как только сойдет снег и разобьет мне клумбы и дорожки. В Луге было хорошее садоводство эстонца Соотса. Я с ним познакомилась и доставала у него весь посадочный материал и цветочную рассаду. Этим летом я занималась изучением всего того, что насадил вдоль заборов садовод, и открывала все новые и новые интересные виды. Под соснами, росшими вдоль забора, росли хорошие сорта земляники, которую я потом высадила на грядки.
В Луге был очень хороший рынок, мы с Марией Маркеловной ходили туда за ягодами — земляникой, клубникой, черникой, голубикой, с которой у нас пекли замечательные пироги, лучше, чем с черникой. Алексей Евграфович проводил почти все дни на террасе, в плетеном садовом кресле, которое мы ему купили. Участок наш был расположен на небольшом косогоре, в верхней его части, с террасы, открывался вид на понижающуюся часть участка и на высокие деревья за забором. Алексей Евграфович отдыхал гораздо лучше, чем где-нибудь в санатории или доме отдыха.
Дача Тищенко находилась довольно далеко от нас на Красноармейской улице (дом 11). Они ей владели уже больше десяти лет. Участок у них был большой, часть была оставлена под лесом, а остальная обработана под цветочный, фруктовый и яблочный сад и огород, содержавшиеся в большом порядке. Сторожами у них жили муж и жена — тетя Дуня и дядя Ваня, последний где-то служил и в свободное время обрабатывал участок, тетя Дуня стряпала и стирала. Елизавета Евграфовна рано уезжала с Андрюшей на дачу и возвращалась в город уже в октябре. У них была и баня, и однажды они пригласили Алексея Евграфовича помыться у них. Он очень любил мыться в бане и всегда там парился на полке. У нас бани еще не было, но постройка ее была уже запланирована. У нас на участке, кроме самой дачи, был еще ледник, других построек не было. Не было и своего колодца, так что за водой приходилось ходить к соседям, для чего в заборе была сделана калитка. Забор вокруг участка был плохой — старый, некрашеный, из тонких вертикальных жердинок неправильной высоты — и явно требовал замены.
В Луге в течение ряда лет, кроме Тищенко, жили Э. Д. и С. Н. Даниловы. В прошлые годы я не раз приезжала к ним в начале лета на выходной день. Раньше они жили в Шалове — в деревне километрах в пяти от Луги, а последние два-три года жили на окраине Луги, за рекой Наплотинкой, почти на самом берегу Луги. Они тоже навестили нас в наших новых владениях.
Несмотря на то что еще не все было устроено в саду и на участке, мы все провели лето очень хорошо и хорошо отдохнули. Наша Тульская улица была расположена на окраине города, за ней начинался лес, в котором, правда, еще встречались дачи, особенно по направлению к озеру Омчино, до которого от нас было около километра. Немного ближе от нас была речка Обла, неширокая, но довольно глубокая. Мы с Марией Маркеловной нашли на ее берегу подходящее для нас место для купания и купались довольно исправно. Ирине нельзя было купаться, но она после Опочки чувствовала себя хорошо. Пребывание в аспирантуре не сказалось вредно на ее здоровье, а в Луге она отдохнула хорошо. Посадку кустов и деревьев пришлось делать во время ноябрьских праздников. В октябре были длительные заморозки, земля замерзла, а к празднику она оттаяла, и мы этим воспользовались, да и по времени это было удобно, так как с осени начиналась усиленная работа и в ЛХТИ и в НИХИ, так что выбраться среди недели было бы невозможно.
Мы по-прежнему дружно работали с С. И. Колядиным, но, к несчастью, нашей совместной работе скоро пришел конец. При получении изопропенилацетилена кроме этого углеводорода всегда получались вышекипящие фракции. Сергей Ильич собирал их и решил спустя некоторое время разогнать их и посмотреть, что они собой представляют. Перегонял он их в вакууме из небольшой колбочки. Почему-то он не только не надел предохранительных очков, но даже снял свои очки, которые он всегда носил. Вещество в колбочке сильно пенилось, он позвал меня посмотреть, я посмотрела и отошла к другому концу стола, и в этот момент раздался взрыв. Колбочка разлетелась на мелкие кусочки, и осколки попали ему в глаза, и он перестал видеть. Вызвали скорую помощь, и я отвезла его в глазную лечебницу на Моховую, где его и оставили.