Семь жизней. Рукопись неизданного романа

– Мне тоже налейте этой дряни… – позавидовал Кирилл и пододвинул к Алику свой стакан.

Тот иронично ухмыльнулся и разлил водку в три стакана. Вышло ровно по пять капель. Добавил пиво и также иронично произнёс тост:

– За отцов.

Чокнулись, выпили.

– Мой отец миллион заработал не то что этот Вован Петрович, – похвастался Кирилл. – И я заработаю.

– А зачем он тебе, миллион-то? – спросил Алик, закусывая пиво ветчиной.

– Как зачем? Зачем всем миллион? Чтобы жить достойной жизнью.

– Кто достойно живёт, тот и без миллиона достойно живёт, – заметил Артём.

– Это кто же?

– Да много святых людей было.

– Так я же не святой, – засмеялся Кирилл. – Я пожить хочу!

Артём не собирался проповедовать, прекрасно понимая, что грех, выпив, рассуждать о Боге. Да и не хотел. «Зачем метать бисер перед свиньями?» – вздохнул он.

– А у меня нет отца, – загрустил Алик.

– У меня тоже.

Отец ушёл из семьи, когда Артёму было девять, а если по правде, и того раньше – дома тот появлялся очень редко, но всегда со скандалом. Мама говорила, что он ходил к другой женщине. Артём боялся его, а позже возненавидел всей душой. Отец ни разу не приласкал его, обходился в лучшем случае с сухостью и равнодушием. Потом он запил и больше не приходил никогда. Мама сказала, что та женщина бросила его и что так ему и надо. Артём воспринял это с неподдельной детской радостью, но мама, наоборот, очень сильно плакала, а через год стала ходить в церковь.

Со временем всё устроилось и вылилось в нынешнюю тихую и нормальную жизнь. Артём прямо и жёстко, без оглядки, вычеркнул отца из сердца и всего чего угодно, как будто его и не было.

Только одно всё-таки иногда приходило на ум и очень смущало: почему отец порой то ли в шутку, то ли всерьёз называл его Артёмом Ивановичем, а не Анатольевичем по своему имени, как полагается? Но мама сказала, что он просто дурак. С этим, конечно, Артём целиком и полностью был согласен.

За окном пошёл снег – сильный, крупный, тяжёлый. Кирилл, взглянув на часы, запаниковал:

– Без пяти шесть… Как вы думаете, снег для нас хорошо или плохо?

У Артёма схватило дыханье. «А что, собственно, меня держит здесь, когда она где-то тут неподалёку, почти рядом? Что мне этот дождь, этот ветер, да хоть быть даже ни с того, ни с сего снег пошёл?» – вспомнил он свои мысли, когда всё ещё только начиналось, и от этого даже несколько протрезвел.

Получилось, что как бы напророчил, накаркал. Стало гадко на душе. Дождь закончился, и вот ни с того, ни с сего пошёл снег, а домик всё ещё держал его, не смотря на то, что Маша по-прежнему была где-то «неподалёку, почти рядом».

– А ветер стих хоть немножко? – чрез силу выдавил из себя Артём.

В комнате стало совсем темно, потому что мокрая снежная масса, наседая на рамы, полностью залепила маленькие стёкла окошка, и уже никакой свет не мог попадать внутрь.

– Не стих, – со злостью ответил Алик.

Потом он залез на лавку, достал керосиновую лампу, побултыхал её и зажигалкой зажёг фитиль. Тускло-жёлтый огонёк озарил комнату, загнав победившую было тьму обратно в углы, в каких она пребывала ещё пару часов назад.