Сибирская эпопея

Новая магистраль стала главным орудием этой новой политики колонизации азиатской России, опять-таки вдохновленной американским примером. В начале доклада экспертов, подготовленного для Комитета Сибирской железной дороги в 1892 году, говорилось следующее: «Самый поразительный и убедительный пример благотворного влияния железной дороги на пересекаемые ею районы предоставлен нам Северной Америкой. Действительно, под ее воздействием некоторые штаты за короткое время преобразились до неузнаваемости».112 Подобно линиям, проложенным в американских прериях, железнодорожные пути, которые Россия собиралась провести через сибирские степь и тайгу, должны были позволить тысячам переселенцев пересечь континент и вступить во владение землями, что были им обещаны вдоль всей магистрали и на расстоянии 200 км по обе стороны от нее. Это был решающий поворот: впервые в истории России железная дорога стала инструментом демографической политики. Также впервые предпочтение было отдано перевозке пассажиров, а не грузов. Подобная картина мало походила на ту, что некогда, в самом начале развития железнодорожного транспорта в России, виделась полковнику Богдановичу, мечтавшему о перевозках зерна.

Поначалу эта новая политика осуществлялась со скрипом. Многие крестьяне, изъявлявшие желание отправиться в дальние края, наталкивались на противодействие местных властей, отказывающихся выдавать им документы. Кто-то уже продал все свое имущество и поехал, не дожидаясь официальных бумаг, что ставило его фактически в положение нелегального мигранта. В 1893-м, а затем в 1895 году Комитет Сибирской железной дороги, в котором Сергей Витте курировал отныне внутрироссийскую миграционную политику, издал постановления, еще больше стимулировавшие переезд. Были выпущены «Временные правила для образования переселенческих и запасных участков в районе Сибирской железной дороги». В соответствии с ними запрещалось насильственно возвращать домой беспаспортных кандидатов на переселение. Особенно важное значение имело то, что вновь прибывшие получали право на 15 гектаров пашни (целая усадьба с лесами и пастбищами) на душу трудоспособного мужского населения. Кроме того, им предоставлялась трехлетняя отсрочка от военной службы, а также освобождение от всех налогов на тот же срок с пониженным налогообложением в течение трех последующих лет. Нуждающиеся в денежных средствах могли получить беспроцентную ссуду. Что касается рабочих-железнодорожников, ремесленников и служащих, которых государство также стремилось привлечь, им выделялись участки земли рядом с магистралью размером до гектара, что было достаточно для огорода.