Эпоха «дворских бурь». Очерки политической истории послепетровской России (1725–1762 гг.)
- Автор: Курукин Игорь Владимирович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Наука
- ISBN: 978-5-02-039672-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Эпоха «дворских бурь». Очерки политической истории послепетровской России (1725–1762 гг.)». Краткое содержание книги:
Новая власть перенимала из петровского «наследства» не динамику и новаторство, а крепостничество и стремление к всеобщей регламентации. В этом смысле переворот 1741 г. не столько «открывал» возможности изменения сложившейся системы, сколько консервировал официально канонизированное «наследство», прикрываясь патриотической риторикой.
Выше уже говорилось, что назначения «незаконного правления» не свидетельствуют о каком-то предпочтении иноземцев. Елизавета 31 декабря 1741 г. попробовала было пересмотреть чинопроизводства и награждения предыдущего царствования, но уже через несколько дней сочла более благоразумным утвердить сделанные пожалования.[1565] Нельзя говорить и о массовом уходе иноземцев с русской службы: в 1742 г. подали в отставку три генерал-майора (Г. фон Вейсбах, А. фон Тетау, X. Вилдеман), двое из которых были связаны родством и службой с Минихом;[1566] позднее покинули Россию генералы В. Левендаль, Д. Кейт и бывший адъютант Миниха Х.-Г. Манштейн. Фельдмаршал В. В. Долгоруков в феврале 1742 г. просил Елизавету заполнить полковничьи вакансии русскими, в то же время П. П. Ласси успешно представлял к повышению иноземцев.[1567]
«Список генералитета и штаб-офицеров» 1748 г. показывает, что на российской службе «немцами» являлись два из пяти генерал-аншефов, четверо из девяти генерал-лейтенантов, 11 из 31 генерал-майора; в среднем звене — 12 из 24 драгунских и 20 из 25 пехотных полковников. Именно при Елизавете генерал-аншефами стали Иоганн фон Люберас и родственник Бирона Лудольф фон Бисмарк; генерал-лейтенантами — Ю. Ливен, В. Фермор, П. Голштейн-Бек, А. де Бриньи, А. Девиц.[1568] Остались на службе и другие немцы: брат фельдмаршала Х.-В. Миних, принц Л. Гессен-Гомбургский, дипломаты И.-А. Корф и Г.-К. Кейзерлинг.
«Внутренние сопостаты» Остерман и Головкин не брали «подарков» от иностранцев.[1569] «Иноземное» правительство отнюдь не стремилось продавать национальные интересы страны: вопреки мнению Коммерц-коллегии и настояниям английских купцов, Кабинет отказался снизить пошлины на транзитные английские товары в Иран.[1570] Именно Елизавета и её окружение пошли на контакты с Шетарди и Нолькеном, содержание которых, будь оно открыто, вполне могло бы послужить основанием для сурового приговора. Несмотря на то, что переворот произошёл без какого-либо участия французского посла, тот на некоторое время стал важной фигурой при дворе Елизаветы. Именно во время её правления характерной чертой российской политики стали соперничество «больших придворных партий» во главе с иностранными дипломатами и выплата последними «пенсий» своим российским «друзьям».[1571]
Шетарди и Мардефельд не жалели сил, чтобы знать, что «в сердце царицыном делается», и свалить противника — А. П. Бестужева-Рюмина. Для этой цели предназначались «пенсионы» придворным дамам, А. Лестоку и М. И. Воронцову, которые обозначались в донесениях дипломатов как «смелой приятель» и «важной приятель»; к этой же группировке примыкали Н. Ю. Трубецкой, А. И. Румянцев и А. Д. Голицын. Король Пруссии выделил Воронцову «подарок» в 50 тысяч рублей, ежегодный «пенсион» и осенью 1745 г. даже лично инструктировал российского вице-канцлера в Берлине. Прусский посол в Петербурге докладывал, что Лесток «настолько ревностный слуга Вашего величества, будто он находится на Вашей службе».[1572]
Канцлер, которого, в свою очередь, финансировали дипломаты Австрии и Англии, уже в начале 1742 г. организовал перлюстрацию дипломатической почты аккредитованных в Петербурге послов, создав для этого целый штат, включавший резчика печатей, копиистов, переводчика. Главным специалистом «чёрного кабинета» стал академик-математик Христиан Гольдбах: именно его усилиями были дешифрованы депеши Шетарди, и в 1744 г. миссия маркиза завершилась провалом.[1573]
1565
См.: Опись высочайшим указам и повелениям за XVIII век, хранящимся в Санкт-Петербургском Сенатском архиве. Т. 3. С. 85; ПСЗРИ. Т. 11. № 8490, 8496.
1566
См.: РГАДА. Ф. 20. Оп. 1. № 50. Ч. 1. Л. 30–30 об.
1567
См.: Там же. Л. 31, 134–135.
1568
См.: РГВИА. Ф. 489. Оп. 1. № 7386. Л. 1–11. Всего при Елизавете, по нашим подсчётам, было произведено 15 генерал-лейтенантов «немцев» из 85 и 46 генерал-майоров из 105 (см.: Список военным генералам со времени императора Петра I до императрицы Екатерины II. СПб., 1809. С. 62–83).
1569
Как установило следствие, М. Г. Головкин открыл заграничный вклад, находясь не у дел в конце правления Анны Иоанновны, и к 1741 г. успел все эти средства потратить; от Анны Леопольдовны он денег и имений не получал и покупал деревни за свой счёт (см.: Алефиренко П. К. Отписная ведомость Канцелярии конфискаций как источник по истории помещичьего землевладения в России второй четверти XVIII в. // Вопросы социально-экономической истории и источниковедения периода феодализма в России. М., 1961. С. 309; РГАДА. Ф. 340. Оп. 2. № 1197. Л. 266–266 об.).
1570
См.: Русско-британские торговые отношения в XVIII в.: Сборник документов. М., 1994. С. 38.
1571
См.: Лиштенан Ф.-Д. Россия входит в Европу: императрица Елизавета Петровна и Война за австрийское наследство. 1740–1750. М., 2000. С. 75, 239.
1572
Цит. по: Фурсенко В. Дело о Лестоке // ЖМНП. 1912. № 4. С. 192–216. Отзыв Мардефельда см.: РГАДА. Ф. 1292. Оп. 1. № 95. Л. 551 об. О подкупах придворных и министров Елизаветы см.: Лиштенан Ф.-Д. Указ соч. С. 75, 142, 144.
1573
См.: Соболева Т. А. Тайнопись в истории России: История криптографической службы России XVIII — начала XIX в. М., 1994. С. 99–107.