Лекарь-воин, или Одна душа, два тела

— Запомню, и буду хорошо учиться, отец Иона, обещаю.

— Сейчас тебя отведут на место. Познакомишься с другими воспитанниками. Вещи твои уже туда отнесли. Не волнуйся, здесь ничего не пропадает. Прощайся с отцом Павлом, теперь не скоро увидитесь.

Отец Павел перекрестил меня и поцеловал в лоб. Велел хорошо учиться и слушать наставников. В этот момент я почувствовал, что мир моего детства исчезает, а появляется мир моей учебы и прозрения. Занятый этими мыслями я даже не заметил, как в келью вошел монах, и, тронув меня за плечо, повел к новому месту моего жительства.

Шли недолго. Вошли в ворота с цифрой один. Я только головой покрутил, двор был однотипным с ранее виденным, только большое здание имело небольшие окошки, выходящие во двор.

Монах привел меня в келью, где сидели двое пацанов, наверное, тоже воспитанники, как и я. Мебели минимум. Три кровати, грубо сколоченные из досок, три табурета, в углу икона с лампадой.

Монаха звали Силантий. Он вручил нам по большому мешку, и повел на сеновал, где мы должны были набрать в мешки сена. Это, по его словам, будут наши матрацы. Сеновал был набит до отказа сеном и соломой. Мои товарищи: Семен и Игнат, кинулись наполнять мешки сеном, а я чередовал, вначале набирал солому, а потом сено, и снова солому. С прошлого я знал, что сено через некоторое время перетрется в пыль, а солома не так быстро перемалывается, есть вероятность, что мой матрац прослужит дольше. Товарищи мои посмеивались, говорили, что я нечего не понимаю. Не стал с ними спорить, посмотрим, кто будет в выигрыше. Попытался поднять свой матрац, и чуть не упал под его тяжестью. Силантий даже ухом не повел, чтобы оказать мне помощь. Выкидывать ничего не стал, потащил матрац в келью волоком, благо сухо во дворе, только мешок мой слегка шуршал по чисто подметенной мостовой.

Примерно полчаса потратил, чтобы равномерно расправить на кровати свой матрац. С трудом, но получилось. Потом Силантий принес нам одеяла, подушки и серую толстую материю. Я понял — эта материя заменяла нам простыни. Показал монах нам способ заправки постели, и наказал всегда так заправлять. По его словам, нерадивые воспитанники будут наказаны серьезным уроком. По тону произнесенных слов я понял, что урок может быть очень серьезным. Затем, тот же Силантий принес подрясники, по крайней мере, он так назвал это одежду.

Подрясник представляет собою длинное, до пят, с наглухо застегнутым воротом одеяние с узкими рукавами, ушитое в талии, разрезное сверху донизу, с расширенным колоколом нижней части. Левая нижняя пола глубоко заходит внутрь под правую верхнюю полу. Косая верхняя правая пола застегивается с левой стороны на шее и в поясе. Я попытался найти карманы, чтобы складывать разную мелочь, и не обнаружил. Смешно сказать, но когда я одел на себя это облачение, то понял, что буду подметать весь двор полами, слишком я мал ростом для подрясника. Игнат и Семен выглядели не лучше, мы были настоящими огородными пугалами. Монах пришел нам на помощь. Показал, как нужно сложить полы подрясника, и подвязаться веревкой. По словам Силантия никто нам перешивать подрясники не станет, а сами мы не сможем, так и будем ходить, пока не подрастем.