Магнолии были свежи (СИ)
- Автор: Ann Michaels
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Магнолии были свежи (СИ)». Краткое содержание книги:
Все это время Линда напряженно следила за Мадаленной, как кошка за мышью; внимательно смотрела за каждым ее поворотом головы, пыталась понять, о чем она думает. Наконец Линда коротко вздохнула и подошла к ней.
— Мне кажется, вы больны, и вам не стоит сегодня приходить на вечер. Я передам Эйдину, что вы пытались до него дозвониться, но не смогли.
Мадаленна исподлобья смотрела на то, как Линда неспеша надевала красивые бежевые перчатки; так неторопливо, словно никуда не торопилась, и гнев медленно начал нарастать в ней. Она тоже имела право на счастье, она никого не крала, никого не забирала, она просто встретила хорошего человека, полюбила, и он полюбил ее в ответ. Не ее вина, что миссис Гилберт не смогла разглядеть все хорошее, что было в ее муже. Она не была обязана отвечать за ее ошибки. Мадаленна выпрямилась и откинула волосы со лба.
— По-моему, вы не любите такие вечера, миссис Гилберт.
— Возможно, они и казались скучными, — просияла Линда. — Но профессорам пристало появляться на них со своими женами.
— Я учту на будущее.
По лицу Линды скользнула тень, и она почти испуганно поглядела на Мадаленну. Однако в следующую минуту она снова улыбалась и легко поправляла шляпку на голове.
— Так, вы идете? В таком случае, признаюсь честно, не смогу отказать в себе в удовольствии понаблюдать за вами. Представляю, как вам будет больно смотреть на то, как он будет обнимать меня, а не вас. Бедная девочка, — она чуть не потрепала Мадаленну за щеку, но та посмотрела на нее с отвращением, и Линда рассмеялась в который раз за этот долгий разговор. — Не печальтесь так сильно, первая любовь редко когда заканчивается хорошо. Мне, правда, повезло, но это только исключение.
— Вынужденные объятия, — Мадаленна внезапно улыбнулась; улыбка вышла мрачной. — Не стоят ни единой монеты. Он будет вас обнимать, а вы будете знать, что на вашем месте он хочет видеть меня. Фарбер, — она подняла колокольчик, и дворецкий появился в дверях. — Миссис Гилберт уходит, будьте любезны, проводите ее.
— Разумеется, мисс. Прошу за мной, мадам.
Линда часто заморгала, а потом так зло посмотрела на нее, что Мадаленна поняла — она попала ровно в больное место. Странным был этот разговор, изначально не обещавший ничего хорошего, и она почувствовала, как усталость снова медленно находит на нее, заставляя сесть в кресло и больше никогда оттуда не вставать. Линда сказала, что она виновата, но в чем была ее вина, кроме того, что она тоже желала быть счастливой с человеком, которого любила? Линда все-таки натянула перчатки и подошла к открытой двери.
— Мадаленна, не думайте, что я наговорила все это сгоряча. Я давно знала, как поступлю, еще с того момента, как вы появились на котильоне в моем доме. Если вы думаете, что мне не хватит смелости сделать все так, как я сказала, вы ошибаетесь. Эйдин так часто говорил, какая вы благородная, честная, решительная, вот у вас и появилась возможность наконец-то это доказать. Я всего лишь хочу, чтобы мой муж был рядом со мной, а вы… — она не договорила.
— Всего хорошего, миссис Гилберт.
Линда хотела добавить что-то еще, но дворецкий весьма недвусмысленно показал на дверь, и, усмехнувшись, Линда вышла. Мадаленна встала из кресла и хотела дойти до комнаты, но опустилась на ступеньки и посмотрела на стену, обитую зелеными обоями. Мыслей не было, какие-то обрывки фраз и слова летали в голове, но она не могла их поймать и понять. Линда пойдет на все, чтобы удержать Гилберта рядом с собой, разрушит все, что было у них и все равно отберет то, что хотела. Неужели это и было ее сражение, в котором Мадаленна потерпела неудачу? Нужно было что-то придумать, надо было позвонить Эйдину и срочно рассказать ему все. Он обязательно бы поверил ей.
Мадаленна лихорадочно вскочила со ступеней и бросилась к телефону. Набрав знакомый номер, она принялась ждать ответа, но вдруг трубку снова возьмет Линда — их жома располагались не так далеко, чтобы она не успела добраться до телефона. А если она услышит голос Гилберта, что она ему скажет? «Ваша жена приходила ко мне домой и пригрозила шантажом?» Это и так звучало нелепо, что Мадаленна с трудом верила тому, что Линда смогла произнести это вслух, так разве Эйдин мог всерьез ей поверить? Гудки все звенели и звенели, и ей показалось, что она снова звонит мистеру Смитону, и провод от телефона снова болтается, свешиваясь со стола. Она с грохотом положила трубку и рассеянно принялась поправлять книги на столе. Что происходило с ней? Сердце снова стучало, стены плыли вокруг нее, и Мадаленна опять уселась на ступени. Обычно после таких обвинений в карьеру не возвращаются. Ну и что?! Они могли спокойно уехать из Лондона, из Англии туда, где их никто не знал. Они могли бы спокойно жить в доме, на зеленой траве у голубого залива, и все было бы замечательно. Но ведь она видела, каким стал Гилберт после Италии, она видела, как его снова все вдохновляло, как Мадаленна могла взять и отнять то, к чему она сама его усиленно подбивала? Он бы пожертвовал для нее многим, и что получил бы взамен? Ее любовь? Ей показалось, что сзади нее рассмеялась Линда. Мадаленна боялась. Она любила Эйдина, и больше всего она боялась потерять его любовь из-за наговора этой женщины.
Она не пойдет на вечер. Голова слишком болела, а ноги были такими тяжелыми, что она с трудом тащила их за собой. Пусть это будет обозначать, что она струсила; пусть, это будет обозначать, что она потеряла все, но Мадаленна знала — это будет невозможной пыткой смотреть на Гилберта и видеть его рядом с Линдой даже по протоколу. Она закроется дома, сменит университет, никогда больше не появится в Лондоне и уедет в Портсмут, но не станет смотреть на эту семейную пару. Она встала и неровной походкой принялась подниматься по ступеням, когда ее негромко окликнул Фарбер.
— Мисс Мадаленна!
— Фарбер, позвоните, пожалуйста, в деканат и скажите, что я не смогу присутствовать на сегодняшнем мероприятии.
— Мисс Мадаленна! — снова воскликнул дворецкий, и ей послышались знакомые ноты — так иногда требовательно с ней разговаривал садовник. — Неужели вы сможете так поступить?
— Как — так? — она вытащила платок и с остервенением вытерла им лоб.
— Неужели вы поверили во всю эту чепуху, которую наговорила эта женщина?
— Фарбер, — устало начала она, но дворецкий ее прервал.
— Мисс Мадаленна, — горячо заговорил Фарбер. — Я знаю вас с детства, мы знаем вас с детства, — он кивнул в сторону кухни. — Вы всегда стояли на своем до конца, всегда бились за справедливость, что, надо сказать, со старой Хозяйкой не так уж и просто…
— Я поступила несправедливо, Фарбер, — она постаралась сказать это убедительно. — Вмешавшись в чужую семью.
— И ничего вы не вмешивались! Вы встретили хорошего человека, о котором всегда мечтали… Помните, как в детстве вы говорили, что обязательно найдете себе друга?
— Мистер Гилберт мне не только друг.
— Так это еще лучше! — махнул руками дворецкий. — Вы полюбили его, он полюбил вас — что тут плохого? Я много слышал о мистере Гилберте, он очень хороший человек. Разумеется, эта женщина не хочет, чтобы он был счастлив с вами, вот и выдумывает на ходу всякие ужасы.
Мадаленна еще раз вытерла лицо платок и попыталась вспомнить, когда она рассказывала Фарберу об Эйдине? Откуда он мог все это знать? Она даже маме немного говорила, рассказывала все мистеру Смитону и… Фарбер смущенно затряс головой и посмотрел в сторону. Мадаленна хотела было поглядеть на него с укором, но ничего не получилось, и она пожала ему руку.
— Она действительно может разлучить его с Джейн, Фарбер. Она может наговорить такого, что мы вообще никогда не поженимся. Она может не дать развод.
— Вы все выдержите, мисс Мадаленна, — уверенно сказал дворецкий. — Вы и не такое переживали.