Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Брежнев реализовал таким способом свой второй внешнеполитический замысел, но советского лидера беспокоила судьба его первого акта – ратификация московских договоров немецким бундестагом2294. Он оказался и здесь готов к шагу, в высшей степени своеобразному, даже если его и следовало сохранять в тайне. Генсек с болью осознавал, что позиции Брандта находились под угрозой, и в 1970 г. он заявил пленуму ЦК, что, хотя Советский Союз и стремится к многостороннему сотрудничеству с ФРГ, «мы не поднимем шум, так как знаем об особом положении правительства Брандта»2295. Но советскому руководству следовало предпринять все, чтобы помочь Брандту2296. Вероятно, генсек очень боялся за Брандта точно так же, как и за самого себя. Позже он давал понять своим западным партнерам по переговорам, что курс, обращенный на Запад, полностью зависит от него, Брежнева, и в случае неудачи под угрозой окажется и его позиция2297. Чтобы поддержать Брандта, он предложил через «канал» различные меры2298. Первым оказалось предложение опубликовать доверительную беседу, состоявшуюся в 1962 г., в ходе которой Аденауэр предлагал советскому послу А. А. Смирнову десятилетний отказ от применения силы2299. Но Бар и Кеворков сочли, что такой шаг мог бы быть оценен как нарушение доверия и тем самым причинить еще больший ущерб2300. Очевидно, Брежнев пытался повлиять на настроение, назвав договор «решением о войне и мире» и позволив группе российских немцев выезд на родину. Он досаждал даже советнику Никсона по национальной безопасности Генри Киссинджеру, настаивая в 1972 г. во время его визита в Москву, чтобы США сделали что-то для поддержки Брандта2301. В конце концов, когда 27 апреля 1972 г. Брандту грозил вотум недоверия, Брежнев прибег к крайним мерам и приказал передать Бару чемодан, битком набитый долларами, чтобы тот мог подкупить депутата ХДС, но Бар отклонил это предложение2302. Во время голосования в бундестаге о будущем Брандта 19 мая 1972 г. Андропов держал связь со своем сотрудником Кеворковом, который докладывал «вживую» о событиях по телефону2303. Насколько напряжен был Брежнев, можно заметить по тому, что в день голосования в бундестаге он на пленуме ЦК дал выход своему плохому настроению, так как понимал, что лидеры немецкой оппозиции Райнер Барцель, Франц Йозеф Штраус и другие хотят возвращения холодной войны и не остановятся ни перед чем. По словам генсека, «они применяли ложь, дезинформацию, шантаж и другие методы, в которых германский империализм хорошо разбирался уже во времена кайзера Вильгельма и Гитлера»2304. ХДС перекупил одного социал– и одного либерал-демократа, в то время как московская верхушка делала все, чтобы поддержать правительство Брандта2305. Брандт выиграл выборы. Почти через два года после подписания московские договоры стали наконец свершившимся фактом2306.