«Священные войны» Византии [publisher: SelfPub]

Началась настоящая гражданская война, в которой первоначально успех сопутствовал Омейядам. В нескольких сражениях сторонники халифа нанесли поражения своим противникам, причем битвы завершались страшным кровопролитием поверженных врагов. Но волей судеб Язид скончался во цвете лет, чем положение в стране только усугубилось. Как говорят, будучи пьяным, он упал с лошади и разбился. Перед смертью он пожелал видеть своим наследником сына Муавии, которого еще год назад объявил преемником по трону. Едва ли, однако, его выбор был удачен: болезненный и благочестивый юноша решительно не желал заниматься делами государства и, будучи не принятым в своем сане большинством правителей провинций, в феврале отрекся от престола. Преемника себе он не назначил, хотя его мать очень просила за брата Халида. А в скором времени Муавия скончался, став жертвой эпидемии чумы[963].

Следующим халифом был объявлен Мерван I (684—685), за которого выдали вдову Язида, дабы укрепить легитимные основы власти нового правителя и автоматически отодвинуть права упомянутого выше Халида на престол. Но в мае 685 г. Мерван был задушен подушкой во время сна своей супругой, желавшей отомстить за то, что халиф отказался признать права ее сына на трон. И после хитроумных комбинаций на престол вступил Абд-аль-Малик (685—705) [964].

Новый халиф, теснимый конкурентами, получил страну в состоянии полной анархии. Арабские провинции раздирали смуты и расколы между различными группами и сектами, но к своей чести он оказался способным решить задачи, стоявшие перед миром Ислама. Прямой и могучий, не запятнавший свое имя ни одним преступлением, прекрасный управленец и полководец, Абд-аль-Малик предпринял необходимые меры по наведению порядка и обеспечению внешнего мира. Как говорят, в своем отношении к Исламу он заметно отличался от предшественников. Родившись и воспитавшись в городе пророка, он с юности испытал глубокое влечение к богословию и даже считался хафизом, т.е. человеком, знавшим Коран наизусть. Хотя однажды он приказал казнить человека, отвергшего Магомеда как пророка, в своей практической деятельности он был довольно веротерпим. Христиане не вызывали в нем негативных чувств, и он даже подумывал о том, чтобы соединить мечеть в Дамаске с храмом в честь Святого Иоанна, но передумал[965].

К этому времени положение дел на Арабо-византийском фронте коренным образом изменилось. После поражений на Родосе, Кипре и Крите от императора св. Константина IV арабы практически лишились флота, а потому византийцы активно атаковали прибрежные города, почти не встречая отпора. Особенно болезненными стали потери Суру и Акке – главных верфей и военно-морских баз арабов. Вслед за этим новым нападениям подверглись прибрежные города Палестины и Сирии. В 684 г. византийцы захватили Антиохию и перенесли императорскую штаб-квартиру в Масису, откуда намеревались продолжить наступление на Сирию. А потому договор, пусть и довольно унизительный для арабов, заключенный халифом в 685 г. с Юстинианом II, был им необходим как воздух. Хотя бы его цена в денежном эквиваленте стоила четверти налоговых поступлений всей Сирии[966].