Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года
- Автор: Эдельман Ольга Валериановна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года». Краткое содержание книги:
30 декабря/12 января Джугашвили в цитированном выше письме Шибаеву сообщал, что очень занят, «атмосфера здесь невозможная, все заняты до безобразия, заняты черт знает как» (см. док. 48). В тот же день Ленин еще раз написал Каменеву о том, как доволен ходом совещания: «Идет чудесно», будет иметь значение не меньшее, чем прошлогодняя конференция в Праге, обсуждаются все важные вопросы, «все резолюции принимаются единогласно», «Гигантский успех!» (см. док. 49). По этим словам может показаться, что ленинская группа действительно добилась какого-то серьезного успеха, во многом переубедив оппонентов, получив голоса некоего большинства представителей партии. Между тем в совещании участвовали всего 11 человек, узкий кружок ленинских сподвижников, заведомо единомышленников. Если даже их присутствие и согласие так радовали большевистского лидера, то придется признать, что положение большевистского партийного центра было совсем плачевным.
В партийной историографии краковское совещание датируется 28 декабря 1912 г./10 января 1913 – 1/14 января 1913 г. (сами участники постановили именовать его «февральским» ради конспирации, что, разумеется, не ввело полицию в заблуждение). Присутствовали Ленин, Зиновьев, Крупская, Коба, депутаты Малиновский, Петровский и Бадаев, Валентина Николаевна Лобова (партийная кличка Бина), петербургский рабочий Медведев и чета живших в эмиграции Трояновских – бывший артиллерийский поручик Александр Антонович Трояновский и его жена Елена Розмирович (партийная кличка Галина). Никто из них не представлял никакую партийную организацию. Кривобоков-Невский (Спица) в Краков так и не приехал. Помимо Малиновского секретным осведомителем полиции был Алексей Иванович Лобов (агентурная кличка Мек), муж Валентины Лобовой, также близкий к ленинскому центру большевик. На основании подробнейшего сообщения Малиновского (теперь он назывался «агент Х») уже 10 января в Москве жандармский ротмистр Иванов составил обстоятельную записку (см. док. 52). Другой имеющийся полицейский отчет, основанный, несомненно, также на донесении Малиновского[608], в части изложения решений совещания близок к тексту написанных Лениным резолюций краковского совещания[609].
Участники совещания избрали новый ЦК из себя самих (Ленин, Зиновьев, Коба, Малиновский, Петровский) с прибавлением близких соратников, на совещании отсутствовавших (Невский-Спица, Свердлов, Голощекин) и одного рабочего – Белостоцкого. По прежней модели провозгласили создание Заграничного и Русского бюро ЦК: Заграничное состояло из Ленина и Зиновьева с секретарем Крупской, Русское – из Кобы, Свердлова, Петровского и Малиновского (депутаты ввиду загруженности должны были работать в бюро по очереди), секретарь В. Лобова. «Во время заседаний ЦК было определенно констатировано, что за истекший промежуток времени ЦК ни в чем своей деятельности не проявил и ничего сделать не успел».
Был составлен финансовый отчет и подведен плачевный итог: деньги заканчивались. Постановили, раз Ленину и его эмиссарам не удается договориться с немецкими держателями средств РСДРП, вчинить им судебный иск. Речь шла о значительной сумме, полгода спустя агент Мек в связи с очередным витком этой истории сообщил московским жандармам, что «ввиду несогласия „держателей" партийных денег выдать имеющиеся у них суммы (около 50000 марок) „Ленину", последний в настоящее время решил истребовать эти деньги путем возбуждения процесса в коронном суде. По слухам, он имеет шансы выиграть процесс. Передают, что большая часть хранящихся у держателей денег составилась из остатков сумм, переданных в распоряжение партии в 1905 году уфимской социал-демократической боевой организацией, после ограбления под городом Уфою почтового поезда (взято было тогда около 240 000 рублей)»[610]. На краковском совещании Ленин и «его заграничные друзья» были решительно настроены судиться, тогда как члены русской части ЦК опасались, что это повлечет скандальные разоблачения, и предпочитали обойтись без суда (см. док. 52). Одновременно положили стараться раздобыть что-нибудь у благотворителей, причем нужда заставила адресовать депутатов к тем, с кем Ленин уже было порвал отношения, – Г. М. Кржижановскому, Л. Б. Красину (Никитин, Никитич). Особые надежды по части поиска денег Ленин возлагал на Горького и М. Ф. Андрееву.