Церковь и политический идеал

Таким образом, симфония государства и Церкви может быть достигнута только в том единственном случае, когда государство будет иметь свою официальную, государственную религию, т.е. когда с точки зрения закона признает себя христианским. Связанность себя верой приводит к тому, что государство публично обязуется признавать истинной именно эту веру, признавать абсолютными и значимыми для всех, в том числе – для верховной власти, истины христианства. Это означает, что государство принимает на себя публичную обязанность защищать Церковь и веру, способствовать их распространению и сохранению чистоты апостольских традиций.

Вопросом, долгое время – хотя эта проблема актуальна и поныне, – возбуждавшим многие «смелые» умы, является вопрос о церковном имуществе и отношении к нему государства. Как правило, секуляризация (т.е. в данном случае изъятие) церковного имущества заявлена в программах самых разнообразных политических сил. К сожалению, вынуждены констатировать факт, и христианские государи обращались – под влиянием государственных потребностей или внешних условий – к этой пагубной идее. Между тем преодолеть – конечно, теоретически – этот соблазн не так сложно, если мы учтем следующие обстоятельства.

Церковь есть не только место, где христиане служат Богу во время литургии или других церковных служб. Церковь есть и воплощенное, материализовавшееся сострадание. «Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас… Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари?» – сказал Христос[607]. А на вопрос апостола Петра: «Сколько раз прощать брату моему, согрешившему против меня? До семи ли раз?» – ответил: «Не говорю тебе до семи, но до семижды семидесяти раз»[608]. Незадолго до Своей крестной смерти Он сказал Апостолам: «Заповедь новую вам даю, да любите друг друга; по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собой»[609].

Совершенно последовательно святые отцы и подвижники учат, что только в Церкви может жить и развиваться отдельная личность. В то же время возрастание отдельных членов Церкви есть и возрастание Церкви[610]. Человеческое общество есть Церковь. Отношения любви и всепрощения, служения ближнему, заповеданные Христом, должны иметь в нем свою прямую реализацию. Но в реальной социальной жизни сам факт стихийного распределения людей по органическим союзам свидетельствует о невозможности абсолютного проявления любви – самого высокого чувства – здесь, на земле. Но тот дух всепрощения, личной ответственности и взаимовыручки, то простое, взятое из Церкви убеждение, что индивидуально, без мiра спастись нельзя, но только всем вместе; находит свою реализацию в других формах. Каждый христианин угоден Богу, если он помогает ближнему. «Так как вы сделаете это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне», – говорит Христос[611].