Сибирская эпопея

Если в Петербурге дело долго рассматривалось за закрытыми дверями, то теперь оно нежданно-негаданно стало стремительно развиваться. Первая встреча русского посла и госсекретаря состоялась 11 марта. Почти сразу о ней проинформировали президента Джонсона. Он заявил, что не очень расположен к сделке, но согласится, если его убедят в ее выгодности для США. 13 и 14 марта Стёкль и Сьюард встретились вновь. 15 марта на заседании правительства Сьюард представил своим коллегам первый проект договора и попросил их согласовать сумму в 7 млн долларов для обсуждения с русскими. Он хотел бы также сохранить за собой право на ведение переговоров. В понедельник 18 марта президент подписал соответствующий мандат. Утром 19 марта Сьюард и Стёкль составили вариант соглашения. Во второй половине того же дня Сьюард представил его текст кабинету министров. Он потребовал выделения дополнительных 200 тысяч долларов, чтобы соглашение было признано «изъятым от всяких ограничений, привилегий, льгот или владельческих прав», на которые русские могли бы впоследствии предъявить претензии. Как мы увидим далее, эта сумма была использована не вполне по назначению. 23 марта переговорщики приняли несколько поправок, и 25 марта Стёкль направил шифрованную телеграмму российскому министру иностранных дел Горчакову: «Переговоры завершены. Результат – следующий проект договора: Статья I. Уступка наших колоний. <…> Статья II. Государственная собственность уступается Соединенным Штатам; частная собственность остается в руках лиц, которым она принадлежит; православные храмы остаются в полной собственности лиц этого вероисповедания с полной свободой исповедовать свою религию. Статья III. Жители колонии могут вернуться в Россию или остаться и пользоваться всеми правами американских граждан. <…> Статья VI предусматривает возмещение в 7 млн. долларов. Статья VII и последняя. Ратификации будут обменены в Вашингтоне. <…> Если я получу ответ в течение шести дней, договор может быть подписан и через неделю утвержден Сенатом».231