Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Сначала Политбюро послало в Прагу Косыгина, чтобы выяснить, можно ли еще полагаться на Дубчека2073. Брежнев отметил в своих записях: «Говорил с тов. Косыгиным, 22 и 22-го рекомендовал пить воду – это значит задержаться»2074. Косыгин сообщал Политбюро 27 мая, что обстановка совершенно иная, нежели оценивали они: соображения о «здоровом ядре» утратили актуальность, так как реформаторов Дубчека, Олдржиха Черника и Йозефа Смрковского в действительности едва можно было отличить от «здорового ядра» в составе Драгомира Кольдера, Василя Биляка и Любомира Штроугала. Но так как в настоящее время никто в стране не пользовался большим авторитетоом, чем Дубчек, Черник и Свобода, Москве придется и впредь делать ставку на эти кадры2075. Чтобы поддерживать контакт со «здоровым ядром» и не упустить правильный момент для кадровых перемен, Политбюро поручило первому секретарю ЦК Компартии Украины Шелесту поддерживать связь с Биляком по телефону и с помощью конспиративных встреч на Украине2076.

Нараставшее недоверие привело к тому, что и Брежнев все чаще обращался к Дубчеку и Президиуму КПЧ как к третьим лицам, представителям другого государства и потенциальным контрагентам, а не как к друзьям и боевым товарищам. Непринужденный тон Брежнева, свойственный внутрипартийным контактам, превращался в прохладную интонацию внешнеполитического диалога. Это ясно проявилось в «Варшавском письме», которое группа пяти составила 14–15 июля во время следующей встречи в Варшаве. Чехословакия в ней не участвовала2077. Под впечатлением манифеста «Две тысячи слов» от 27 июня2078, который группа пяти характеризовала как «открытый призыв к открытой борьбе против партии коммунистов, против конституционной власти, призыв к анархии и беспорядкам»2079, в «Варшавском письме» отсутствовала какая бы то ни было товарищеская приветливость2080: «На нас, коммунистах, лежит ответственность перед народами и историей за то, чтобы достигнутые революционные завоевания не были утрачены»2081. Адресатом был не товарищ, с которым бок о бок ведут борьбу, а страна, оказавшаяся на перепутье: «Сегодня вопрос стоит так: быть или не быть Чехословакии социалистической?»2082 Вместо того чтобы дать дружеские советы, группа пяти выдвинула ясные требования: ликвидировать все политические партии и клубы, снова взять под контроль средства массовой информации, провести чистку партийных рядов2083. Брежнев счел необходимым, чтобы ЦК санкционировал также этот более жесткий подход и новый тон. Он созвал пленум на 17 июля так внезапно, что отсутствовали 50 членов ЦК2084. ЦК одобрил курс, и Брежнев заявил: «И прежде чем мы примем крайние меры, мы вместе с братскими партиями используем все политические средства, чтобы помочь братской Коммунистической партии Чехословакии и чехословацкому народу сохранить и защитить социалистические завоевания в Чехословакии»2085.