Библиотека литературы Древней Руси. Том 15 (XVII век)

Достигшу же ему Усолского града Орла, абие[39] пристаетъ ко брегу, у некоего нарочитаго[40] мужа пребываетъ и обитаетъ в гостиннице. Гостинникъ же той и жена его, помня любовь отца его, и не мало прилежание и великое ему благодеяние творяху, яко о сыне своемъ. Он же пребысть у гостинника того немало время.

В том же граде Орле некто бысть мещанинъ именемъ Баженъ Вторый[41], уже старъ в летехъ и знаемъ во многихъ градехъ, понеже богатъ зело, и попремногу друженъ отцу Саввину Фоме Грудцыну. Уведав же Баженъ Вторый, яко ис Казани Фомы Грудцына сынъ во граде обретается, и помысли въ себе: «Отецъ его со мною многую любовь и дружбу имелъ, азъ же ныне презрехъ[42] его, но убо возму сына ево в домъ свой, да обитаетца у меня и питается со мною от трапезы моея».

И сия помысливъ, усмотря некогда того Савву путемъ идуща, призвав же его к себе и нача ему глаголати: «Друже мой Савва! Или ты не веси[43], яко отецъ твой со мною многую дружбу и любовь имелъ, ты же почто презрелъ еси и не присталъ в домъ мой? Ныне не преслушай мя, прииди и обитай в дому моемъ и питайся общия трапезы моея. Азъ убо за любовь отца твоего вселюбезно, яко сына своего, прииму тя».

Слышавше Савва от мужа такия глаголы, велми радъ бысть, яко от таковаго славнаго мужа любовь такую принялъ. И приятенъ хощетъ к нему быти, и ниско поклонъ отдаетъ, и немедленно от гостинника того отходитъ в домъ Баженов. И живяше во всякомъ благодарствии, радуяся. Мужъ же Баженъ старъ бысть, имел у себя жену младу, третьимъ убо себе бракомъ обрученну, и поятъ ея сущую девою.[44]

Ненавиде же добра супостатъ диаволъ, виде мужа добродетелное житие, и хотя возмутити[45] домъ его, и уязвляетъ[46] жену его на юношу онаго Савву к скверному смешению блуда, растлити жену оную любовию к Савве. И начатъ уловляти юношу лстивыми[47] словесы к грехопадению, блудно весть бо женское естество, уловляетъ умы младыхъ отроковъ к блудодеянию. И тако лестию той жены, паче же рещи от зависти диаволской, запят[48] бысть, паде[49] в сети к блудодеянию, з женою оною несытно творяше блудъ и безвременно[50] во ономъ деле скверно пребывающе с нею, ниже день воскресения, ниже праздника Господня знаша, но, забывъ страхъ Божий и часъ смертный, всегда в блуде пребываше, яко свиния в кале валяшеся.

И некогда же приспевшу празднику Воскресения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, в навечерии праздника той муж Баженъ поимъ[51] юношу онаго Савву с собою, и поидоша до святыя церкви к вечернему пению. И по отпущении вечерняго пения[52] паки[53] приидоша в домъ свой, и каждой на ложи своемъ возлегати спати нача. И егда Баженъ заспа крепко, жена же его, диаволомъ подстрекаема, воста от ложа своего, и прииде к постеле онаго юноши Саввы и возбуди[54] его, понуждаше его к смешению блуда. Он же, аще и млад, но яко некою стрелою страха Божия уязвленъ бысть и бояся суда Божия и часа смертнаго, помышляше в себе: «Како в таковый Господский праздник азъ таковое скверное дело сотворити похощу?» И, сия помысливъ, начатъ отвращатися, с клятвою[55] глаголя, яко «не хощу всеконечно погубити душу свою и в такой торжественный праздникъ осквернити тело свое». Она же несытно распалилася похотию блуда, понуждашее его, ово[56] ласками, ово прещениемъ[57] некимъ, угрожая ему, дабы исполнил желание ея. И много увещевала его, никако его возможе приклонити к воли своей. Видя же оная лукавая жена то, яко не возможе прелстити юношу к себе, абие[58] злою яростию на юношу распалися и, яко лютая змия, востонавше[59], отиде от ложа его помышляше волшебнымъ зелием опоити его и злыя свои помыслы сотворити хотя на него. И елико[60] замысли, тако и сотвори.