Стекло старьёвщика [litres]

Все было хорошо: и чай, и вкусные пирожные, которые мама и Тюха раздобыли в том самом гастрономе ГУМа, где пахнет молотым кофе. Но вдруг под окнами (по-прежнему раскрытыми настежь) стал нарастать какой-то странный шум. В нём ясно слышался начальственный голос Ираиды Юрьевны.

– Интересно, что с ней сегодня приключилось, – сказал папа и выглянул в окно. Остальные к нему присоединились, чтобы не пропустить диковинное зрелище.

Ираида Юрьевна стояла посреди двора, перед сараями. Вокруг неё собралась небольшая толпа соседей – и как их только удалось из дому выманить?

– Это позор! – выкрикивала Ираида Юрьевна, словно стояла на трибуне, а вокруг бушевал многотысячный митинг. – В столице нашей родины вместо культурных клумб растёт чертополох!

– Во даёт! – сказал дядя Лёша. – Рехнулась она, что ли?

– Я призываю всех немедленно, сейчас же выйти на субботник и истребить злостный сорняк! – выкрикивала Ираида Юрьевна свои призывы.

– У нас сегодня, кажется, четверг, а не суббота, – сказала Тося.

– Однако в её безумии есть система, – заметил папа, возвращаясь к своему эклеру. – Вчера она сказала, что её репьями закидали. Сегодня собирается полоть чертополох…

– Репейник и чертополох – это одно и то же? – спросила Тюха.

– Одно семейство, – сказал папа. – В нём много видов. У нас в народе чертополохом называют всё подряд. В том числе и репьи, и расторопшу, и татарник…

– А почему их так зовут, это семейство? – не унималась Тюха.

– А потому, что они нечисть всякую гоняют, – авторитетно объяснила тётя Катя. – Сильный цветок, боится его нечисть. Примета есть: если чертополох где вырос, значит, место это нечистое. Надо держаться от него подальше.

– Да где он вырос-то? – В папе проснулся научный интерес. – Раньше у нас этих колючек вроде не было.

– Возле заброшенных ворот фабрики, – сказала Тюха.

– Как есть дурное место, – подтвердила тётя Катя. – Туда раньше, говорят, входили, а обратно не выходили.

Тося покачала головой и недоверчиво усмехнулась. Но остальным эта история смешной не показалась.

Тем временем митинг закончился. Рядом с Ираидой Юрьевной остались только Жорик и Генка. Они уныло озирались по сторонам, ища соратников, – но тщетно.

– Значит, полоть будете вы! – жёстко сказала Ираида Юрьевна. – За мной!

И прямо как была, на каблуках и в маникюре, двинулась в сторону ворот. Тюха забеспокоилась. Она вдруг поняла, что Тому в самом деле грозит опасность. И непонятно, как ему помочь. Никто – даже папа – не станет заступаться за чертополох. А саму Тюху сейчас не выпустят из дому, и она не увидит, что творится у заржавленных ворот. Окна комнаты смотрят в другую сторону. Из кухни тоже ничего не разглядишь.

И тут ей в голову пришла блестящая идея. Тюха осторожно выбралась из-за стола, закрылась в ванной и достала из кармана своё волшебное стекло. Сначала в нём неясно отражалась только лампочка. Потом Тюха немного повернула полусферу, и в ней возникла яркая объёмная картинка.