Стекло старьёвщика [litres]

– Игрушки могут оживать, – заметил Рик.

– Я знаю. У Марики есть кукла Кора. Она мне даже рукой помахала. Но наши куклы совсем на неё не похожи. Я нарочно их сегодня рассматривала. Мне кажется, с такими лицами не оживёшь.

– Жаль, – вздохнул Рик.

– А ГУМ ещё интереснее, – продолжала Тюха. – Представляешь, это три улицы, превращённые в один дом.

– Как? – удивился Рик.

– Их сверху накрыли полукруглыми стеклянными крышами. На улицах стоят дома. В них лавочки – на всех трёх этажах. А чтобы перейти с одной стороны на другую – если ты наверху, – там перекинуты горбатые мостики.

– Интересно, – согласился Рик.

– А самое интересное – это фонтан. Прямо посередине главной улицы.

– Живой фонтан? С водой?

– Ну да! Мы с мамой возле него ели мороженое. Мама сказала, что мы ели его под звон зелёных струй.

Рик повторил задумчиво:

– Под звон зелёных струй… Да, это удивительное место. Хотел бы я там побывать. Возможно, это улицы совсем другого города.

– Мне тоже кажется, что они не отсюда. Там даже пахнет не по-здешнему, а почти как в Касилии. Ну то есть не совсем, конечно. Просто там в гастрономе мелют зёрна кофе.

– А в других гастрономах не мелют?

– В других, по-моему, кофе не бывает. Может быть, его тоже украли – вместе с запахом? Но я точно не знаю…

– Хм… – отозвался Рик. – Это уму непостижимо. У людей даже кофе отобрали, а они как будто ничего не замечают! А третий магазин?

– Он хуже ГУМа. Там нет фонтана. И кофе тоже нет, – начала рассказывать Тюха, но замолчала и не очень вежливо толкнула Рика в бок: – Смотри!

Рик, как пружинка, подпрыгнул, сжался и присел возле Тюхи на корточки.

Из-за угла появилась, спряталась и снова появилась небритая Генкина физиономия. И вот уже сам Генка осторожно, с оглядкой поднялся на пригорок, пересёк пустырь, подбежал к голубятне, вытащил из-за пазухи белого голубя и опустил его на землю перед запертой дверью. Ещё раз воровато оглянулся, бегом вернулся к дому и скрылся за углом. Рик сразу стал серьёзным.

– Ну вот. Голубь вернулся. Всё готово.

Он повернулся к Тюхе и спросил:

– Ты придёшь вечером к костру?

– Не знаю. Наверно, нет. Мама звала соседей на праздничный чай.

Рик кивнул:

– Правильно. Так будет лучше. И не выходи ночью на улицу. Ещё нарвёшься на большую стаю скрупов.

– Вы с Томом так и не объяснили, что они могут сделать плохого, – сказала Тюха.

Рик покачал головой и ответил словно бы нехотя:

– Мне говорили, будто по ночам скрупы душат людей, которые пытаются им помешать. Пожалуйста, будь дома после захода солнца. Ведь у тебя нет сейчас Томовой веточки.

– Неужели они так её боятся?

– Они боятся Тома. Он с ними бьётся не на жизнь, а на смерть.

Рик встал – видимо, собрался уходить. Тюха поднялась вслед за ним и задала последний вопрос:

– Если наш мир вам не родной, то почему вы с Томом за него сражаетесь?

Рик взглянул прямо в глаза Тюхе серьёзными серо-зелёными глазами и тихо, медленно проговорил:

– Мы принцы. Нам не всё равно, когда гибнут миры.