Лорд Галифакс: святой Лис [litres]

Эдвард Вуд, несмотря на неработающую левую руку, был военнообязанным и, более того, имел чин капитана королевского кавалеристского полка йоркширских драгунов. Как только правительство объявило войну кайзеровской Германии, он явился в свой полк для прохождения предварительного обучения и службы. Поначалу его кавалерия гордо маршировала по Йоркширу. Они даже заезжали в Хиклтон, где и солдат, и лошадей ждал сытный обед: для людей постарались слуги, а лошадям предоставили знаменитый хиклтонский заповедник с оленями и кенгуру, где они лакомились сочной травой. Неподалеку от Шеффилда несколько месяцев проходило солдатское обучение, и такая жизнь капитана Вуда совсем не тяготила. Тоскливо ему стало, когда полк был переброшен на восточное побережье Йоркшира: «Там мы оставались в течение долгой и неприятной зимы, ночью на утесах мы прислушивались к звукам, которые могли бы указать на приближающихся немцев, и наблюдали рассвет каждое утро над серым Северным морем»99.

Тогда в обязанности территориальной армии Великобритании не входило ничего, кроме охраны поставок грузов и мостов. Спокойная обстановка йоркширского побережья не внушала новоиспеченным солдатам страха, более того, расхолаживала. Однажды, когда их полк был поднят по тревоге в 2 часа ночи и построен на берегу для предполагаемой встречи немецкого десанта, солдаты просто забыли взять с собой оружие. В другой раз при такой же ситуации командующий ими полковник не досчитался одного новобранца. Оказалось, что здоровяк из Шеффилда остался в лагере, посчитав, что раз речь идет о настоящих сражениях с немцами, а контракт территориальной армии этого не предусматривает, то ему вовсе не обязательно выполнять приказ100.

И все же воевать даже таким щадящим образом Эдварду Вуду не нравилось: «Для меня двумя доминирующими эмоциями войны, несомненно, стали скука и страх; и хотя страх мог быть острым, скука была куда более постоянной»101. Пытаясь как-то скрасить серые фронтовые будни спустя год унылой службы у моря, Вуд подумывал о том, чтобы продолжить службу во Франции, куда их полк командировали. Каждый солдат должен был решить самостоятельно: поедет ли он на континент в рамках условий уже другого военного контракта. Лорд Чарльз не высказывался ни за, ни против: «Есть только одна вещь, которую я знаю наверняка, уедешь ты или останешься, все мы будем одинаково в руках Бога»102.