На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
— Справа в третьем ряду... Приставное кресло... — также шепотом ответила она.
«Человек-фонтан»! Не зря так назывался номер!.. На глазах у потрясенных зрителей Ганс Рерль — кружка за кружкой — выпивал десять литров воды, а затем изливал ее назад всевозможными струями: одна из них напоминала фонтан, другая — веерный душ, третья была сродни водопроводной... Не это, однако, было «гвоздем» номера. Кульминация наступала в тот момент, когда Герцог, выйдя вперед, громогласно обращался к залу: «Возможно, среди уважаемой публики имеются желающие помыть руки? Прошу не стесняться, пожаловать на манеж!» Нет, желающих не обнаружилось, никто не хотел иметь дело с водой, побывавшей в желудке Рерля. Вот тут-то и требовалось мое участие. Поднявшись со своего приставного кресла, я направлялся к манежу, перешагивал барьер и под соболезнующими взорами зрителей подставлял ладони под тепловатую струйку...
В антракте Герцог сказал:
— Поздравляю, молодой человек, с боевым крещением. Для первого раза неплохо справились. Постарайтесь только впредь не торопиться. Зритель должен чувствовать, что мытье рук доставляет вам удовольствие!
Вот так, на собственном опыте, я узнал впервые, что такое «подсадка». И, старательно выполняя указания Герцога, ежевечерне мыл руки на манеже. Об удовольствии, разумеется, речи быть не могло. Но зато я мог радоваться тому, что полезен цирку.
Вскоре затем в Ленинградский цирк прибыл еще один иностранный гастролер — иллюзионист Аркоф. Этот был полнейшей противоположностью Рерлю: крупный, громкий, мясистый, розовощекий. На манеж он выходил с ассистенткой — статной рыжеволосой женщиной, одетой под горничную: кружевная наколка в волосах, ажурный кружевной передничек.
В черном атласном плаще на белой шелковой подкладке, цилиндр чуть набок, сигара в зубах, Аркоф выходил, беззаботно напевая что-то под нос: ни дать ни взять цирковой вариант князя Данилы из оперетты «Веселая вдова». Навстречу горничная с подносом: не угодно ли освежиться стаканом воды?
— Воды? — изумлялся Аркоф. — О-ля-ля! Разве это напиток? Куда приятнее бокал вина или ликера!.. О-ля-ля! Не хотят ли уважаемые зрители разделить со мной компанию? Вы можете заказать все, что угодно, — портвейн, мадеру, малагу, кюрасо, бенедиктин...
Продолжая скороговоркой перечислять горячительные напитки, Аркоф одновременно перетирал бокалы, которыми плотно заставлен был поднос. Обнеся зрителей этими бокалами, дав возможность убедиться в их идеальной чистоте, ассистентка тут же принимала заказы, они громко оглашались — и в полном соответствии с ними... Стоило Аркофу налить в бокал воды, как она мгновенно превращалась в желаемое. Зрителю оставалось испробовать и убедиться: в самом деле малага, в самом деле бенедиктин!
Как бы лихо ни проходил номер иллюзиониста, в Ленинграде чуть не завершился его гастрольный путь. Существовавшее в те годы Общество борьбы с алкоголизмом заявило решительный протест: дескать, не к лицу советскому цирку пропагандировать спиртные напитки!.. Что делать? Положение создавалось критическое. Номер Аркофа был законтрактован Цирковым управлением на длительный срок. Неужели платить неустойку?
Судили-рядили и нашли приемлемый выход. Был приглашен специальный конферансье, и он, одновременно с Аркофом появляясь на манеже, напоминал о том чуде, которое якобы сотворил Иисус Христос в Кане Галилейской.
— Теперь прошу обратить внимание на иллюзионный акт артиста Аркофа. Имя его не числится в Библии, но он вам продемонстрирует точно такое же «чудо»!
Это была, так сказать, антирелигиозная нотка. Решили внести также нотку трезвенную. И снова Герцог вспомнил обо мне.
В тот момент, когда зрители делали винные заказы, я вскакивал со своего кресла (все то же приставное кресло в третьем ряду!) и громко кричал:
— А мне молока! Хочу молока!
— Молока? — с живейшей готовностью откликался конферансье. — Весьма похвально! В вашем возрасте ничего другого и не требуется!
Аркоф незамедлительно приготовлял молоко, и ассистентка с ласковым возгласом: «О, бэби!» — подносила мне бокал. Жидкость, хотя цвет ее и был безупречно белым, противно отдавала химией: как видно, в данном случае артисту удавалось имитировать только цвет. Все равно, преданность цирку и тут придавала мне мужество: я осушал бокал до дна. Аркоф покровительственно хлопал меня по плечу. Ассистентка еще раз нежно восклицала: «О, бэби!».
Да, все эти номера — и живые снаряды, и живые скелеты, и живые фонтаны, и этот разбитной «винодел», — все они являли собой нездоровую пресыщенность, подмену честной цирковой работы сомнительными вывертами. И все же один из номеров тогдашней программы сохранился в моей памяти как образец истинного искусства. Мне выпала честь побывать в «подсадке» у жонглера Максимилиано Труцци.