Жанна – Божья Дева [litres]

Аргумент «при нынешних обстоятельствах» был чрезвычайно серьёзный, французскую монархию не могла не тревожить поддержка, которую Св. Престол всё более оказывал англо-бургиньонам, и правительство Карла VII пошло было на уступки: в 1426 г. Режинальд Шартрский подписал в Риме конкордат, в значительной степени отменявший галликанские вольности. Но, как мы уже говорили, этот конкордат остался мёртвой буквой: вследствие противодействия клира и парламента оказалось невозможным ввести его в действие в «буржском королевстве». Формально конкордат истёк в 1431 г., во время процесса Жанны д’Арк, и возобновлён не был.

В последующие годы буржскому правительству пришлось многократно протестовать в Риме против назначения во Францию епископов, явно враждебных национальной монархии (в Сен-Мало, в Турне, в Лангре). Желю со своей стороны прямо писал папе Мартину V:

«Говорят, что достойно удивления, как Вы оказываете великие милости и такую поддержку партии, враждебной королю, и что ради этого Вы даже не желаете назначить кардиналом никого, кто мог бы в Риме защищать его (Карла VII) права… Откуда, Ваше Святейшество, возник слух, что если Вы не наведёте в этом порядка, то будет принято решение выйти из подчинения вам», – угроза, которую Желю сопроводил исторической справкой о «соблазне», произошедшем из-за «отделения греков от Римской Церкви».

В 1432 г. по просьбе самого французского духовенства Карл VII издал особый ордонанс, согласно которому церковные бенефиции могли предоставляться только лицам, рождённым во Франции и «верным королю».

В Париже Бедфорд сделал было в 1424 г. робкую попытку использовать в интересах своего собственного правительства галликанские традиции; но почти сразу же он понял, насколько выгоднее ему было продолжать опираться на Университет и использовать вражду Св. Престола с буржским королевством. Он вернулся к постоянной политике Ланкастеров: укреплять свою дважды узурпированную власть тесным союзом с Римской Церковью. 26 ноября 1425 г. он издал ордонанс, восстанавливавший все фискальные привилегии Св. Престола (резерваты, аннаты и экспектативы), передававший в руки папы назначение епископов и три четверти всех бенефиций. Поддержанный Университетом, этот ордонанс встретил, однако, упорное сопротивление остального клира и парламента, которые даже в англо-бургиньонской Франции, несмотря на все «чистки», оставались приверженными галликанской традиции. Только 4 мая следующего (1426-го) года ордонанс удалось ввести в действие. Парламент в течение шести дней отказывался его регистрировать и наконец уступил – опять, как в 1418 г., внеся в акты пометку, что «действует по принуждению». Среди французского епископата нашёлся только один только человек, взявшийся сначала провести переговоры в Риме, а затем «нажать» на клир и на парламент и принудить их к отказу от галликанских вольностей: это был нынешний «поборник привилегий Университета», член Совета «короля Франции и Англии», епископ Бовезский Пьер Кошон.