«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

На время Иерусалимское королевство могло было быть спокойным. Но небезызвестный нам Рено де Шатийон вновь поставил его на грань катастрофы, спровоцировав новую войну. В 1181 г. француз поселился в замке Крак с группой самых отчаянных головорезов, делая набеги на земли Саладина и совершенно не желая слышать ни о каких перемириях с султаном. Разумеется, это привело лишь к тому, что Саладин, для которого де Шатийон являлся представителем Иерусалимской элиты, начал стягивать все наличные силы вокруг королевства, час падения которого был уже близок. Для начала Саладин разгромил отряды Рено. В страхе пилигримы ввели специальный налог для войны с турками, но это было уже малоэффективно. Иерусалимское королевство оказалось предоставленным самому себе.

Но, по счастью, на некоторое время внимание Саладина было отвлечено на внутренние проблемы. В конце 1181 г. скончался (возможно от отравления) асСалех Исмаил, наследник Нур адДина. Атабег Мосула Изз адДин немедленно попытался присоединить к своим владениям Алеппо, хотя и побоялся открытой конфронтации с Саладином. Никогда не нарушавший по своей инициативе мирные договоры, могущественный правитель Египта 11 мая 1182 г. покинул Каир, дабы из Сирии наблюдать за последующим развитием событий. Его провожали придворные и военачальники, успевшие полюбить своего владыку. Как говорят, среди потока славословий вдруг ктото громко прочел стихи древнего арабского поэта:

Цветов араматом сейчас насладись,

Ведь завтра уже не увидишь их ты.

Разумеется, настроенный на мистику (как и все восточные люди), Саладин увидел в этом перст судьбы, предопределившей его окончательное расставание с Египтом. И действительно, туда он уже больше никогда не вернется[783].

На самом деле Саладин получил тайное послание от эмира Харана Кукбури с предложением занять Джазиру. Для султана это был прекрасный повод окончательно разделаться с наследниками Зенги. И как только срок перемирия истек, нанес отвлекающий удар по Алеппо, а сам в сентябре пересек Евфрат у Биры. Города поспешно склонялись перед ним, число союзников резко увеличилось. Когда Саладин получил известие о том, что крестоносцы совершили очередной набег на Дамаск, он с усмешкой ответил: «Пускай они грабят деревни, пока мы берем города. Когда вернемся, мы станем еще сильнее и тогда вступим с ними в бой».

Наконец, Саладин остановился перед стенами Мосула. Изз адДин с удовольствием избавил бы город и себя от осады, но он понимал, что никогда не заставит своего брата отдать Саладину Алеппо, а, значит, война неизбежна. 11 ноября 1182 г. состоялся решительный штурм, который, однако, не увенчался успехом. Чтобы подорвать решимость осажденных врагов, султан отправился к городу Синджару, который был взят 30 декабря того же года. Разъяренные сопротивлением, его воины предали город огню и мечу. В мае следующего года султан захватил грозный город Амид, ворота которого были сделаны из черного базальта, и отдал его своему верному союзнику – владыке Кейфы.

В это время он получил известие о том, что владыка Алеппо начал переговоры с франками и предал огню земли Саладина в Сирии. Курд немедленно повернул свои войска к Евфрату и 21 мая уже разбил свой лагерь на Зеленом Майдане у Алеппо. Имад адДин не мог оказать ему серьезного сопротивления, а потому отдал Саладину Алеппо в обмен на Синджар при условии вассальной зависимости от султана. 12 июня 1182 г. город официально принял власть Саладина, после чего наш герой стал самым могущественным правителем мусульманского мира: от Тигра до Нила, от Триполи до Мекки все возносили молитвы за повелителя правоверных. Оставалась лишь узкая полоска земли франкских владений, отделявших его от Иерусалима – святого города не только для христиан, но и мусульман[784].