А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]
- Автор: Тарасов Борис Николаевич
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Знак
- ISBN: 5-9551-0187-X
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]». Краткое содержание книги:
Ряду поэтов традиционная вера помогает обрести духовный покой и умиротворение. О Благой Вести пишет Юрий Могутин. Стихи Валерия Михайлова из подборки «Молитвенный дым» струятся «тонкой струйкой смиренных молитв», а Николай Палькин печатает цикл «С думой о Боге». При этом поэты подчеркивают духовное начало мира природы, изображая ее как чудо, явленное Творцом. Так, у Владимира Сорочкина в стихотворении «Звезды светятся в колодце…» молится Богу даже рыбка, «и Божья искра есть еще в запасе под пеплом жизни, что еще тепла». Станислав Золотцев в стихотворении «21 сентября» передает ощущение связи природы с Небом, ее одухотворенности: «В день Пресвятой Богородицы, / в праздник Ея Рождества / вдруг начала хороводиться / сказочным вихрем листва». У него звучит «колокол медной листвы». Церковно-религиозная картина мира накладывается на мир природы, например, в стихах М. Калинина:
В целом можно говорить о возрождении в современной поэзии жанра молитвы. Поэты православной ориентации, обращаясь с молитвой о спасении страны, народа, веры, не могут не включить в свои стихи тему покаяния. «Прости, Господь, мои грехи, / Мои и всех заблудших», обращается «с молитвой к Небесам перед святой иконой» Н. Палькин. Пронзительны стихи-обращения к Богу у В. Шемшученко: «Услышь мя, Идущий ко мне по воде!», – но общий смысл ряда его стихов: «Потому что на мне вина». Свеча перед иконой становится сквозным образом-символом. «Гори, гори, моя свеча, Во здравие России» – подобные строки, с опорой на классику, характерны для многих, в них воплощается мысль, что поиск истины – это путь к Богу: «Истина – искра от Бога… / Истина – тропочка к Богу». «Излечит русская душа / народ от горечи и гнета / из православного ковша», – утверждает Владимир Скиф. Евгений Юшин, «вглядываясь в каждый Божий миг», делает заключение, что «мы с тобой, как эти лес и поле, / всего лишь мысли Бога и не боле». Сергей Хохлов пишет о милосердии и сострадании, а Валентин Голубев – о сохранении веры. В своих инвективах часто опирается на библейский текст, традиции древнерусской христианской литературы Мария Аввакумова: «С тем ли Иосиф сыночка выхаживал, / чтобы любая заезжая вражина / нас хоронила вот так?!», «Но оцени, Господь, мои попытки / луч света спеть, изобразить и свить…», «А останется – спасенное, Богу угодное семя».
Особое место занимает поэзия священнослужителей Владимира Нежданова, Дмитрия Дудко, протоиерея Андрея Логвинова, иеромонаха о. Романа. Здесь имеются в виду не церковные духовные стихи, а поэзия, направленная к широкому читателю, в которой тоже выражается боль за Родину, ощущение, что душу «один только видит Господь», а плоды человеческого труда воспринимаются как Божий дар. При этом утверждается несомненный приоритет духовной пищи: «Сколько света, сколько хлеба! / От сиянья благолеп, / Это Он, сошедший с неба, / Хлеб насущный, Божий Хлеб!». В природе Д. Дудко чувствует «дыханье Божьей красоты». Находясь на земле, он перекликается с Небом: «И я иду по земле, с небом уже аукаясь, и хочется вдруг мне услышать звуки оттуда, из рая». На страницах современной периодики буквально рассыпаны стихи-молитвы о спасении Отечества, русского народа и собственной души. Дудко обращается к высшим силам: «Пощади и друзей, и врагов, / Пощади и помилуй нас, грешных». «Мы все, / Как былинки / У стога, – / За пазухою / У Бога», – передает свое мироощущение Андрей Логвинов и передает картину наступившей весны глазами глубоко воцерковленного человека:
Поэзию традиционной православной ориентации можно назвать духовным реализмом. По словам С. Булгакова, в религиозном переживании дано «непосредственное касание мирам иным, ощущение высшей Божественной реальности»[485]. Для человека верующего инобытие, духовная ипостась бытия не менее, а более реальна, чем видимая физическая материя, природный и социальный миры. Поэтому мир у него «живой».
Поэтам, выросшим и воспитанным при коммунистическом режиме, трудно подчас принять православную веру во всей ее теологической глубине. Тем не менее многие из них жаждут истинной веры. Поэты, ориентированные на национальные традиции, для которых народность – не пустой звук, в большинстве случаев и в советское время не теряли внутренней связи с православной верой, что проявлялось в системе их нравственных ценностей. Это относится не только к творчеству В. Соколова, Н. Рубцова, Б. Примерова, А. Передреева, но и по большому счету к А. Твардовскому, М. Исаковскому, Я. Смелякову, Б. Ручьеву, Н. Рыленкову, В. Федорову. Не Христа ли любит тот, кто любит правду, утверждал Хомяков. Не открыты нити, связывающие Церковь с человечеством.
483
Калинин М. Золотистых полей запеканки // Москва. 2004. № 3. С. 99.
484
Логвинов А. Перед ликом небесной царицы… // Наш современник. 2004. № 4. С. 3.
485
Булгаков С. Н. Свет невечерний: Созерцания и умозрения. М., 1994. С. 19.