Чернобог (СИ)

Ключ. Проводник.

Она рывком села и вперилась в притихшего за одним из камней Айвазова. Горящие тундровым пожаром глаза его были устремлены на Сашу, по заштопанному телу, разлиновывая смуглую кожу, сновали вязи татуировок, а небо над головой полыхало так же неистово — калейдоскопом цветных огней от края до края. Дич отследил Сашино бегство, это она смекнула сразу. Но оказался тут как нельзя кстати.

— Трахни меня!!! — неистово зарычала Саша. — Немедленно!!!

Илья повиновался бесприкословно. Молча, с торжественным видом сбросил штаны и унты, залез на алтарь к Саше и вошёл в неё почти с ходу — видимо, возбудился, пока подглядывал. Саша на проникновение отозвалась экстатическим рёвом, пугая сопки, ельники и спящего в берлоге Угрюма. Устремлённые ввысь каменные обелиски один за другим налились золотистым сиянием, мягкий свет пробежал по клиньям тайнописей и юркими змеями стёк к алтарю, на котором совопкулялись Илья и Саша. Обвил, опутал сильное тело Яхонтовой, заставив и ту сиять, подобно заново вспыхнувшей звезде. Саша горела и плавилась, сбрасывала старую, отжившую кожу и мерцала взамен бархатным, негасимым золотом. И к тому моменту, когда Илья шумно извергся в ведьму, та заполучила в дар до камня священную землю, которую хотела купить, и утолила жажду Калтысь кровью человека, грозившего гибелью прежним её владычицам…

— Эй. Проснись, соня, — всё та же вонючая шкура приподнялась, и на Сашу пытливо уставились влюблённые очи ворона. В глаза ей брызнул промозглый свет утра, и Саша недовольно отвернулась.

«Где бы я ни находилась, это не повод тормошить ни свет, ни заря».

— Саша, ты же не спишь, — не отставал дич.

— Отвянь, эвилбой, — промямлила Яхонтова, пытаясь собрать мозги в кучу. Краем глаза она приметила, что рядом по-прежнему торчат камни и колышатся ёлки, а земля Качурки греет её изнутри, точно большая микроволновая печь.

— Покажись, Сорни-эква.

«Да что за зашквар!» — Саша отпихнула руку дича, села и запуталась в собственных волосах. Пригляделась и чуть не пришла в исступление: цвета тёмного золота локоны стелились по камням вокруг них с Ильёй, будто они оказались на острове посреди разлива живой реки.

— Э! Что за порнография! — вскинулась Яхонтова, и земля под ней так же неистово загудела, отзываясь на гнев владычицы. — Пипяо, дич, мы так не догова… Ва… Вау.

Саша замахала на Илью рукой и, приглядевшись к своей коже, оторопела. Едва заметно для человеческого глаза, но весьма — для ведовского, широкая ладонь Яхонтовой продолжала искриться точно бы золотым напылением.

— Вот говно, — только и нашлась, что сказать Саша. Обескураженно глянула на смеющегося Илью и выдала: — По ходу Верховному Шабашу соска за щеку, а не мой арест.

Айвазов пуще прежнего залился хохотом и крепко обнял Сашу.

— Теперь я понял, что она говорила. Бабушка Умси.

— Ты о чём, дичуля?

— Кровь моего врага напоила землю. Она не имела в виду убийство. Она имела в виду тебя, моя Сорни-эква.

— А, — Саша двумя пальцами покрутила золотую прядь. — Э-э, а можно я это состригу?

— Сострижёшь? — удивился Илья. — Сразу вот так сострижёшь золотые волосы?

— Ну сорян, я имею право распоряжаться своим телом, как хочу. И землёй тоже, — заявила Саша, пугая Айвазова. — Кхм, да. Создадим тут… Заповедник. Огромный, — Илья выдохнул. — И спортивный лагерь для колдов. Потихоньку начнём готовить площадки для ВКИ. И… — Саша прозорливо прищурилась, — испытывать буровые установки для добычи руды… — Илья было открыл рот, чтобы вознегодовать, но его мягко успокоили: — ...на Таросе. Я виджую отсюда, там полно адаманта лучшего качества, чем на Качурке. Мои придурки просто ищут не с той стороны планеты. А разработки для вечной мерзлоты пригодятся в условиях чрезвычайно низких температур на Таросе. Срастил?

— Саша! — всё-таки воскликнул Илья. — Ты уверена, что там нет жизни?

— Инфо сотка. — Яхонтова постучала себя по виску. — Не кипяти, дичи-дич. Она вся наша.

— Твоя, — набычился тогда Айвазов и отвернулся от Саши, уставился себе под ноги. — Я рад, что ты нашла то, что искала.

— Мне кажется, или к результатам моих поисков кое-кто имеет самое прямое отношение? — тут уж пришла очередь Саши проявить нежность.

— Земля избрала тебя хозяйкой, — уклончиво ответил Илья. — У тебя есть наследница. Я тут так, сбоку с припёку. — Он повёл одним плечом и нахохлился, как ворон на дубу.

Саша прекрасно поняла, с чего дич дуется. Прильнула к нему, прошлась губами по скулам, по шраму на виске, прихватила ухо. Илья неохотно уклонялся от ласки.

— Кто это тут снова ершится? Ну? Что такое? Кто обидел моего чертёнка? — не преминула поддразнить его Саша.

— С чего ты взяла, что я обиделся? И потом, на Сорни-экву не пристало обижаться, — терпеливо отодвинулся Илья. — Твоё мнение отныне свято.