Пуговицы

— А Женечка где? — я посмотрел вглубь коридора, где находилась его комната. Обычно он выходил меня встречать.

— На службе своей, где же ещё. Ты ведь знаешь, какой он обязательный. Всё по часам. Я только в душ, а он и умчался. Там нужно мешки с листьями вывозить, вот и торопился, чтобы к приезду машины успеть.

— Давно его не видела.

— Он расстроен из-за случившегося. Очень.

Директриса сокрушённо покачала головой.

— Для него это огромный стресс. Ты же понимаешь.

Женечка был аутистом и работал дворником ещё в той школе, где Тамара преподавала математику, а, став директором у нас, она перетащила его за собой.

Дети, конечно, над ним немного посмеивались, но, в целом, любили, а Женечка любил детей. Особенно мелких, потому что с ними «свободно».

Он приходил в школу с самого утра, а уходил вместе с мамой. Носил ей сумки и во всём помогал. Тамара Андреевна называла его «мой телохранитель», и он этим очень гордился.

А ещё Женечка боялся лифтов и считал ступеньки на лестнице, перешагивая через каждую тринадцатую. Его пугали слова: дезинфекция, гангрена и какофония. Он знал, что никогда не станет взрослым, верил в дестрой и своё предназначение.

Проводив меня на кухню, Тамара Андреевна достала из шкафчика кружки.

— Чай или кофе?

— Можно чай с лимоном?

На плите в большой кастрюле, судя по запаху, варилась свёкла.

— Так холодно. Мёрзну постоянно, — пожаловалась она. — У вас батареи топят?

— Очень слабо. Почти не чувствуется.

— И у меня также, — она выставила на стол заварочный чайник.

Я уже и забыла, что чай получается не только из пакетиков. Заварка пахла сладостью и теплом. Тамара кинула в неё дольку лимона и добавила кипятка.

— Как дела у Георгия Николаевича?

После смерти Яги она к нам не заходила.

— Как обычно.

— Никогда не думала, что доведётся столкнуться с подобным, — произнесла директриса, после некоторого молчания. — Одно дело читать хроники происшествий, другое — когда такое случается со знакомым человеком.

— Может, это несчастный случай? Надежда Эдуардовна пошла покурить и в темноте случайно провалилась в открытый колодец. А потом кто-нибудь просто задвинул крышку люка, — попыталась отшутиться я в духе Фила, но разрядить обстановку не получилось.

Тамара Андреевна сцепила пальцы в замок и положила руки на стол.

— Ума не приложу, как так вышло. Надежда заявилась на вас жаловаться. Мне не стоило на неё кричать. Я ведь думала, она обиделась, и поэтому так себя повела. Из гордости. Ушла, даже дверью хлопнула.

Тамара резко замолчала, с ожиданием глядя на меня. Сомнений не было, она тоже считала, что Надю убили именно в тот вечер.

— Вы рассказали об этом полиции?

— Нет, что ты? Они не спрашивали, да и, по правде говоря, мне бы не хотелось, приплетать к этому школу. Ты же понимаешь? И так всякое безобразие уже в Интернет выложили. Родители звонят. Беспокоятся. Счастье, что её нашли за территорией.