Пуговицы
- Автор: Мартин Ида
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Пуговицы». Краткое содержание книги:
Изнутри он был мягкий и приятный к телу, но на мне немного висел, потому что Надя была чуть повыше и покрепче, однако для уборки подходил идеально.
Я машинально сунула руку в карман штанов и пальцы сразу наткнулись на небольшой пластмассовый предмет, который при извлечении на свет оказался обычной чёрной флэшкой.
— Что там? — Лиза посмотрела на мою ладонь, удивлённо замерла на секунду, затем протянула руку — забрать. Но я шутливо сжала кулак.
— Лучше это выбросить, — не оценив шутки, поспешно сказала она.
— А вдруг там что-то важное?
— Не думаю, — Лиза как-то вдруг засуетилась и, не закончив протирать стол, принялась выдвигать ящики комода. — Интересно, у Нади сигарет не завалялось?
Убедившись, что сигарет нет, она вдруг начала заправлять кровать.
Очень странная, совсем не свойственная Лизе дёрганность насторожила.
— Эй, — окликнула я. — Ты знаешь, что там?
Не поднимая головы, она неопределённо пожала плечами.
— Посмотри на меня, пожалуйста, ты знаешь, что там?
— Возможно.
— Тогда, может, объяснишь?
— Очень хорошо, что это не попало в полицию.
— Хотелось бы более внятных объяснений.
— Ладно, — Лиза медленно выпрямилась. — Только пообещай, что не будешь ругаться или обижаться.
Выражение её лица стало вдруг таким виноватым, что я в ту же секунду поняла, что именно записано на этой флэшке.
— Ты всё-таки сделала это?! — я не поверила своим ушам.
— Мне были очень нужны деньги. Извини.
— Извини? Да это ужасно, Лиза, — я потрясённо выдохнула. — Во всех отношениях ужасно.
— Я знаю, — едва слышно проговорила она. Огромные карие глаза заблестели. — Но то, что флэшка не в полиции — просто чудо.
— Это же моя личная запись. И я просила тебя никому не показывать, — я была готова тоже расплакаться.
— А я не показывала, просто положила ей в сумочку.
— Как ты могла?! Это так подло.
— Она всё равно её проигнорила. Как будто и не видела. Я даже подумала, что флэшка у неё до сих пор в сумочке валяется.
В электрическом свете Лизина сумрачная тень на стене выросла до огромных размеров. Я попробовала успокоиться, объясняя себе, что в её поступке нет ничего страшного. Что люди так делают. Что я привыкла. И что было бы чересчур наивно не ожидать подобного. Но в этот раз я не ожидала.
В детстве папа по игре всё время меня подначивал: «Давай, бей в живот. Смотри, какой у меня пресс». Ну, я и лупила, что было сил. Он смеялся, и я тоже. А потом как-то раз на кухне перегорела лампочка, и он стал её менять. Вытянул руки вверх, потянулся, футболка на животе задралась, и я по привычке от души засветила ему прямиком в «пресс». Лампочка разбилась, а сам он дулся на меня полдня, пока мама ему поучительно не сказала: «Никогда не расслабляйся».
Но с Лизой я расслабилась.
— Значит, у тебя теперь есть мотив, — зло сказала я, лишь бы не циклиться на самом её поступке, не думать о нём и не убиваться в очередной раз о том, что все люди предатели. — А ещё меня обвиняла.
Лиза немедленно вспыхнула.
— С ума сошла? Какой такой мотив? Мне тупо нужны были деньги, а не её расплата за совращение малолетних. Я бы всё равно никуда бы с этим не пошла. Ну, Микки. Ты меня что не знаешь?
— Думала, что знаю, но такой подлости не ожидала.
— Не преувеличивай. Ты тоже от меня постоянно что-то скрываешь. Я же вижу. Совсем помешалась на своём Томаше. Откуда нам знать, что и как у них было. Может, она рассказала ему про запись, и он решил обезопасить себя?
— Эта запись угрожала только Наде, а теперь наоборот делает его первым подозреваемым, после тебя, конечно. Узнай о ней в полиции, к нему сразу придут с расспросами.
— Не сомневалась, что ты станешь его защищать.
— Всё, давай иди домой, я сама тут закончу.
— Но, Микки, умоляю, давай не будем ссорится из-за какого-то дурацкого Томаша.
— Ты прекрасно знаешь, что не из-за Томаша, а из-за тебя. Из-за твоего отвратительного, подлого, предательского поступка. Уходи, пожалуйста!
Я дождалась, пока дверь за ней захлопнулась, и обессиленно рухнула на кровать.
Лиза сразу предложила шантажировать физручку, как только узнала об этой записи, но я была против. Если бы я что-то от Нади хотела, то просто пришла к ней и прямо выложила, как есть. Что всё знаю, видела и имею доказательства. А подстраивать гадость только оттого, что Томаш выбрал её, а не меня, было унизительно.
Это произошло на майских, почти перед той самой последней репетицией. Все мои друзья разъехались по дачам и гостям, и, чтобы не сидеть дома, выслушивая бесконечное нытьё Кощея, я сначала шаталась одна по солнечным весенним улицам, а потом, как обычно, зарулила в ТЦ и просидела там с одной порцией картошки не меньше часа, наблюдая за счастливыми веселыми семейками. Возможно, я должна была испытывать злость на них, что у меня самой теперь ничего подобного нет, но, как ни странно, осознание того, что радость где-то всё-таки существует, приносило огромное облегчение.