Франция в начале XVII века (1610–1620 гг.)

Собравшись в Ларошели 15 апреля, гугенотская конференция выжидала исхода военных операций в Иль-де-Франсе. Осада Суассона затягивалась, а от ее исхода зависело многое. Но, как известно, кончилась она совершенно неожиданным образом, в связи с чем пришлось изменить позицию и гугенотам.

Казалось, готовы были оправдаться слова Дюплесси-Морне о том, что гражданская война, будучи подавлена в одном месте, неизбежно вспыхивает в другом. В марте отчетливо обозначился третий очаг смуты. Возникла так называемая «третья партия». В нее входили все вельможи и губернаторы, считавшиеся до тех пор «лояльными»; Ледигьер, Монморанси (губернатор Лангедока), Бельгард (губернатор Бургундии), д'Аленкур (губернатор Лиона), д'Эпернон и другие. Они решили набрать армию в 35–40 тыс. человек (часть ее уже была набрана, так как Ледигьер и д'Эпернон располагали значительными военными силами) и идти на Париж, чтобы «освободить короля от тирании д'Анкра». А для сего они конфисковали в своих провинциях всю королевскую казну («для блага короля») и предложили гугенотам соединиться с ними. На стороне этой «третьей партии» выступили даже парламенты соответствующих провинций (Тулузы, Бордо, Гренобля и Дижона).[1011]

В лозунгах и в образе действий третьей[1012] партии не было ничего, что отличало бы ее от сражавшихся с королевской армией в Шампани и Иль-де-Франсе вельмож или от гугенотских грандов. Ее выступление на политическую арену означало дальнейшее расширение дворянско-аристократического мятежа, втягивание в него губернаторов и вельмож всех провинций, вплоть до самых отдаленных. Казавшееся близким поражение грандов на востоке страны означало победу правительства над одной из группировок феодальной аристократии, но эта победа ставила под угрозу привилегии и права всех губернаторов. Отсюда их заинтересованность в отпоре правительству. Раздоры и распри в среде вельмож мешали им образовать дельную и монолитную партию и одновременно выступить против правительства в защиту своих кастовых интересов. Но успехи правительства неизбежно вызывали выступления всех прочих грандов. В XVI в. размежевание между ними (очень нестойкое) проходило по признаку вероисповедания. В начале XVII в. этот признак исчез почти совсем, и резче проступило размежевание по группам провинций (юг, запад, восток, центр). Но и оно не являлось определяющим, так как возникновение тех или иных группировок грандов зависело от многих частных причин. Итак, правительство было поставлено перед фактом нового мятежа в южных и западных провинциях страны.