Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов

Спецпереселенцев «осадников» и «беженцев» вселяли в изолированные спецпоселки НКВД, а административно высланных «бывших польских граждан» расселяли в колхозах и совхозах под надзором НКВД. Приблизительно со второй половины 1941 г., как указывает А. А. Шадт, меняется подход государственных ведомств к принципу расселения спецпоселенцев. В отличие от «кулаков», которые, как правило, селились изолированно в малонаселенных и необжитых местах, причем в их отношении продолжали действовать прежние положения и инструкции, этнические спецпереселенцы расселялись среди местного населения, что потребовало от силовых органов создания нового правового механизма — этнической ссылки[715].

12 августа 1941 г. появился Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии польских граждан»[716], в соответствии с которым советские власти начали освобождать польских граждан из трудовых лагерей и мест заключения, выдавать им билеты на проезд к избранному ими месту проживания. Польское посольство организовало в местах компактного проживания своих граждан комиссии, выдававшие польские документы (паспорта), подтверждающие польское гражданство.

Положение польских граждан на территории СССР изменилось. Формально они перестали быть спецпереселенцами и обрели статус граждан дружественного государства. Однако на польское население Вильно и Виленского р-на, т. е. территорий, включенных в октябре 1939 г. в состав Литвы, амнистия не распространялась, их причислили к гражданам Литовской ССР и они сохранили спецпереселенче-ский статус[717]. Представители местной администрации, как правило, не торопились выполнять указания, связанные с амнистией, в т. ч. из-за нежелания терять рабочую силу. Нередко выдававшиеся на руки польским гражданам удостоверения, которые свидетельствовали о снятии с режима спецпоселения, спустя несколько дней отбирались. Уже в ноябре — декабре 1941 г. освобождение поляков было приостановлено. Это объяснялось перебоями на железнодорожном транспорте, а также тем, что прежние рабочие места оставлялись ими «самовольно»[718]. Польское посольство направило советскому правительству 38 дипломатических нот, в которых требовало дальнейшего освобождения польских граждан, указывая, где именно поляки не были освобождены и не получили польского гражданства.