Письма с Первой мировой (1914–1917)
- Автор: Краузе Фридрих Оскарович, Краузе Оскар Фридрихович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Нестор-История
- ISBN: 978-5-4469-0168-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Письма с Первой мировой (1914–1917)». Краткое содержание книги:
13-го ноября 1915 г.
Моя Шурочка, моя женочка, моя хорошая, ласковая!
Туго приходят письма от тебя. Сегодня получил пятое от 5-го, а второго и третьего всё еще нет, и 4-го ты не писала. Туго, по-видимому, доходят и мои письма. Ты еще не получала ни одного, а я пишу ведь регулярно каждый день. Р. В. же приходят довольно правильно, но почти каждый день. Сегодня получил уже от 7-го и 8-го числа, а также посланный тобою бандеролью номер от 31 – го!
Ты опять тоскуешь, Шурочка! Не надо, милая, крепись. Мне ведь тоже хочется к тебе, однако ничего, терпишь. Впрочем, конечно, не сравнением тебя убедишь!
На филологический факультет я не поступлю, Шурочка, хоть ты и советуешь. Где же останется наш воздушный замок, неужели так просто бросить эту идею? Нет, ни в коем случае. Пока можно мечтать, я буду мечтать. И я все-таки думаю, что во врачебной деятельности, в конце концов, найду свое призвание. Ведь по существу и ты так думаешь. Меня страшно увлекает мысль именно о нашей совместной работе, общих интересах. Перспектива эта такая заманчивая, мечтать об этом так хорошо даже теперь!.. <…>
О многом совсем я не успел переговорить с тобой! Эти 11 дней промчались как один миг! Ох, как быстро! <…> Господи, как мало можно переговорить в письме! Завтра больше, и о себе.
15.
14-го ноября 1915 г.*
Получил с запозданием твое второе письмо, от 1-го. Третьего всё еще нет, новых тоже. А между тем Р. В. пришли уже от 9-го!
Ты хорошо пишешь, Шурочка, так просто и сердечно, так любовно!.. Какая ты у меня славная! <…> Хочу поскорей получить от тебя письмо с откликом на мои письма, особенно на мои разросшиеся в последнее время пышным букетом мечты о нашем будущем. Как ты будешь реагировать на них, как отнесешься…
Я тебе вчера обещал написать о себе, как я поживаю последние дни. Как тебе уже известно, я третьего дня был в одном полку, где знакомился с его санитарным состоянием. Был я и в его окопах. Накануне их обстреливали тяжелыми бризантными снарядами[342]. Было несколько попаданий, мне показывали следы разрушений. Я себе взял на память небольшой осколочек. Пока я был там, австрийцы стреляли только шрапнелью. В блиндаже мы сидели в полной безопасности.
Посмотрел я, как люди живут в окопах и блиндажах под постоянным обстрелом. Пил с офицерами чай, ел конфеты, смеялся с ними. А шрапнель всё рвалась где-то недалеко… Когда мы распростились и вышли, слышим отдаленный свист снаряда. Долго следим, пока не раздается взрыв гранаты около шоссе, по которому мы предполагали ехать. Пока мы шли к моей бричке, просвистело еще несколько снарядов далеко от нас. Однако мы по шоссе не поехали, а взяли курс полем, все-таки верней…
Я теперь вполне понимаю, что можно совсем привыкнуть ко всему этому, ведь только незначительная часть снарядов попадает!.. Это так называемое «затишье». Во время атаки и ураганного огня мне всё же не хотелось бы сидеть в передовой линии…
Сегодня мы с Матвеевым ездили в два полка, на позициях, однако, не были. У нас зима, санный путь, роскошь.
* Первая буква названия места и последующие точки тщательно вымараны цензурой.
16.
М[лодава], 15-го ноября 1915 г.
Нехорошая почта! Опять нет писем! А я так надеялся получить сегодня… Сидел целый день дома, писал доклад о санитарном состоянии обследованного полка. А вечером взялся за Мариэтту Шагинян, которая мне в некоторых своих стихотворениях чрезвычайно понравилась. Нет нужды, что иной раз при чтении вспоминаются и Бальмонт, и Пушкин, и Минский[343], и даже Лермонтов и Гейне. Пусть будет ее талант подражательный, но в этих рамках ей удалось создать удивительно красивые и звучные стихотворения. Обработаны они тщательно, стих четкий, чеканный, мысль продумана, не расплывчата, настроение тихое, немного грустное.
Я подчеркнул карандашом те стихи, которые мне наиболее понравились. Около некоторых даже поставил восклицательный знак. Так хотелось бы прочитать иные из них тебе! Господи, когда же это будет?!
Несмотря на прочтенные стихи, чувствую сегодня какую-то скудность воображения, какую-то малоподвижность мысли. <…> Очевидно, преобладает впечатление от кропотливого доклада. Тянет ко сну.
Зато как хорошо на дворе! У нас стоит сейчас порядочный мороз, градусов около 12–15. Снег скрипит и хрустит под ногами, кругом всё так бело, так чисто! Вот если бы сейчас потеплей одеться и прокатиться с тобой на быстрых санях куда-нибудь за поля, в лес! Вспоминается мне, как мы провели с тобой прошлый Новый год… Какое чудное воспоминание! Какая тишина в ночном лесу, какой бодрящий морозный воздух! Как фантастически обрисовывались контуры развалин дворца!
342
Бризантные снаряды (от франц. brisant – дробящийся) начинены дробящимся веществом, при разрыве резко усиливающим поражающее воздействие.
343
Минский (Виленкин) Николай Максимович (1855–1937), народник, позднее теоретик и практик модернизма в искусстве.