Юность [Min Kamp. Fjerde bok]

— А вы что скажете? — я посмотрел на девочек.

Они пожали плечами. Обычно, приходя ко мне, они вели себя более раскованно, я их поддразнивал, девочки смеялись и давали мне отпор, радуясь собственной дерзости. Но сейчас они держались скромнее. Раскрываться перед Стианом им не хотелось, это была другая игра, и ставки в ней были другие.

— У Вивиан теперь парень есть, — выпалила вдруг Ливе.

Наградив подругу возмущенным взглядом, Вивиан с силой ударила ее кулаком в плечо.

— Ой! — вскрикнула Ливе.

— Правда? — спросил я.

— Ага, — Ливе потерла плечо. — Она со Стеве встречается.

— Стеве? — переспросил я. — Это кто?

— Перец один, на Рождество сюда переехал, — сказал Стиан. — Он из Финнснеса, а тут весной рыбачить будет. Говорят, он полный придурок.

— А вот и нет! — Вивиан покраснела.

— Ему двадцать лет, — сказала Ливе.

— Двадцать? — переспросил я. — Это как же так? Тебе ведь всего тринадцать?

— Да! — ответила Вивиан. — И что?

— Вы тут, на севере, совсем чокнутые, — засмеялся я и поднялся. — Но вам, пожалуй, пора. Я только приехал. Мне надо вещи разобрать. К урокам подготовиться. Понимаете, у меня класс совершенно невыносимый. Ничего не соображают.

— Ха-ха, — бросила Андреа и, встав, направилась в прихожую, к своей белой куртке. Остальные двинулись следом, и прихожая на несколько секунд превратилась в мешанину из курток, рукавов, шапок и варежек, а потом подростки, толкаясь и пересмеиваясь, растворились в темноте. Я разложил вещи, перекусил, улегся в постель и еще пару часов читал, после чего погасил свет и уснул. Ночью меня разбудил шум в комнате надо мной: Туриль с мужем, пол дрожал, она кричала, муж стонал; я взял одеяло и пошел досыпать на диван в гостиной.

В дом мы с Нильсом Эриком переехали на следующих выходных. У меня там была спальня и маленькая смежная с гостиной комнатка, где я работал, а остальное было общим. Готовили и мыли посуду мы по очереди. Почти каждый вечер к нам приходили в гости ученики или другие учителя, чаще всего Тур Эйнар — он заглядывал практически ежедневно, да и Хеге нас нередко навещала. На выходных Нильс Эрик ходил в походы. Он всегда звал меня с собой, а я всегда отказывался. На природе делать мне было нечего, и к тому же где-нибудь непременно намечалась вечеринка, и я если не отправлялся на нее, то сидел и работал. Теперь я писал не рассказы, а роман под названием «Вода сверху/Вода снизу». Это была строчка из песни, которую написал Ингве и его арендальский друг Эйвинн. Роман о парне по имени Габриэль, который учится в кристиансаннской гимназии, должен был состоять из последовательности коротких сухих, похожих на отчеты текстов внутри до поры неявной рамочной фабулы. Повествование, ведущееся в настоящем времени и посвященное в основном выпивке и девушкам, время от времени предполагалось перебивать небольшими экскурсами в детство героя. В кульминационной сцене его, явившегося на вечеринку на дачу в Агдере, свяжут, он переживет нервный срыв и окажется в психиатрической лечебнице, и круг таким образом замкнется, поскольку короткие отчеты, приведенные в начале каждой главы, написаны именно там.