Электронная книга - «Мозг и разум в эпоху виртуальной реальности». Краткое содержание книги:
Легко ли поверить, что Аристотель и научно-фантастический фильм «Матрица» проходят красной нитью через современную науку о мозге и философию Спинозы, объясняя взаимоотношения мозга и разума?
Как же связаны между собой головной мозг, который называют колыбелью сознания, и разум, на который как раз и направлена деятельность сознания?
Можно ли феномен разума, который считается решающим фактором человеческого развития, отличает людей от животных, объяснить только электрохимической активностью нейронов в головном мозге?
Эта книга посвящена рассмотрению подобных фундаментальных вопросов и объединяет несколько научных дисциплин, которые развились в ходе напряженных споров о соотношении материи и разума, которые берут своё начало с древних времен и продолжаются по сей день. Данная работа не является простым цитированием ранее написанных исследований, направленным на защиту своей позиции, она подчеркивает необходимость появления нового исследования мозга, которое должно будет вобрать в себя как философские умозаключения, так и научную доказательную базу.
Каждое состояние сознания соответствует постоянной вибрации молекул и атомов в мозге, а интенсивность чувств измеряет ширину, сложность или диапазон таких молекулярных движений[355].
Данный аргумент – это неполная гипотеза. Поскольку мы воспринимаем наши чувства как интенсивность, мы не ощущаем их как молекулярное движение. Точно так же мышечное движение сопровождается только поверхностными сознательными явлениями, такими, как ощущения или усилие, и не может объяснить все сознательные явления. В результате интенсивность сознания не может быть должным образом выражена в языке. В частности, глубокая радость, печаль, самопознание, энтузиазм или эстетические чувства оседают в недрах разума и отвергают любое изменение или внешнюю связь. Это – также тот случай, когда сознательное явление превращается в то, что мы называем душой. Например, когда желания смешиваются с глубокой страстью или проникновенным восприятием и памятью, объекты могут представляться нам иначе. Такого рода динамическое представление меняющихся форм предполагает, что различные психические состояния сосуществуют и тесно связаны друг с другом.
Анри Бергсон изображает бесконечность нашего внутреннего мира в чистой памяти, которую мы не можем испытать. Чистая память, которая существует как некий потенциал, похожа на разницу между реальностью и памятью, формирующую привычки. Рассуждения Бергсона приближаются к жизни, объясняя самосознание восприятием и памятью. Однако это объясняет то, что повседневное мышление получает опыт. Таким образом, его утверждение о чистой памяти имеет большую эмпирическую основу, чем философская психология Гегеля, который понимал дух как ключ к управлению миром разума, преодолевая при этом ограничения материальной среды. Гегель говорит, что наше «Я» растет как самостоятельный субъект и контролирует все вещи вокруг себя и наследует способность Творца.
Для Бергсона, однако, наше «Я» не может действовать независимо от общих понятий современного человека. Память скрывает барьер в виде разума или какие-либо патологии. Память как своего рода контролирующий орган сохраняет одно «Я» внутри другого «Я», и это похоже на своего рода иммунитет, который делает нас неспособными контролировать самих себя. Бергсон акцентирует внимание на глубине жизни, которая скрыта под доминирующей фазой рациональной умственной деятельности, отмечая роль памяти как независимого «другого» внутри субъекта. Память, которая предотвращает разделение разума и материи, участвует в нашем мышлении каждый раз, когда мы думаем о себе. Каждый момент жизни запоминается, и память постоянно участвует в нашем восприятии, расширяя или сокращая мысли, формируя нашу идентичность и существование. Следовательно, память, по Бергсону, должна рассматриваться как возможность размышлять о собственном «Я» и возможность рационального мышления в текущий момент.
Память у Бергсона – это время, когда накапливались восприятие и ощущения. В прошлом память часто обсуждалась в области изучения психологических вопросов и рассматривалась как сознательная способность воспроизводить прошлое. Бергсон, однако, возводит память в центр сознательной деятельности организма, помещая память в сознание. Реальность материи не может быть сведена к идеологическим представлениям или реалистическим независимым объектам, а может быть только представлена в памяти. Когда мы рождаемся, все воспоминания запечатлены в душе. Память не сохраняется в головном мозге и не забывается, а сохраняется в нашем сознании, как считает Бергсон. Конечно, возникает ощущение, что память исчезает, так как воспоминания отводятся в область безразличия, пока мы концентрируем внимание на жизни в текущий момент времени.
Память формируется в нелинейном времени. Время, в частности, прошлое, как показано в первой книге Бергсона «Теория», непрерывно, и его интенсивность одинакова в любой момент, и сейчас, и в будущем. На этой основе вторая книга, «Материал и память», подробно описывает, как прошлое используется в распознавании внешних объектов, когда оно сохраняется в памяти. Прошлое выталкивается в настоящее восприятие и в представление о себе, которое в значительной степени вовлечено в распознавание внешних объектов.
Бергсон, естественно, считает, что память сохраняется во времени, критикуя теорию о том, что память хранится в головном мозге. Если необходимо найти связь между мозгом и памятью, то она может быть основана на том факте, что повреждение головного мозга может вызвать некоторые дефекты или расстройства в процессе работы памяти. Например, у некоторых пациентов с потерей слуха не наблюдается потери слуха как таковой, а при псевдослепоте проблем со зрением также не наблюдается[356]. Есть слепые от рождения пациенты, которые действительно проживают жизнь без формирования каких-либо визуальных образов, но с наличием у них работающих зрительных центров. Общность этих примеров расстройств состоит в том, что они могут принимать внешние стимулы, но при этом не способны их интерпретировать, и причина этого расстройства как раз кроется в функционировании памяти. Из-за этого внешние объекты не могут быть визуализированы должным образом.
355
А. Бергсон, Материя и память, Пер. Пак Чжонвон, Изд. Аканет, 2011. С. 23.
356
А. Бергсон, Материя и память, Пер. Пак Чжонвон, Изд. Аканет, 2011. С. 218.