Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]
- Автор: Мостовой Петр, Куликов Дмитрий Евгеньевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-00116-621-4
- Жанр: История
Электронная книга - «Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]». Краткое содержание книги:
Авторы утверждают, что идеология, запрос на которую сегодня общепризнан, является опирающимся на историю прикладным знанием, которое обеспечивает практическое понимание хода социальных процессов, сознательное успешное участие в них, включая политическую активность. Для авторов идеология – выученный урок истории России, её народа и государства в их взаимоотношениях, русская цивилизационная стратегия.
На этой основе книга отвечает на вопросы: кто мы, откуда и куда идём, каким должен быть ответ России на вызовы современности, какое место в меняющемся мире она способна занять.
Второе издание дополнено новым разделом, посвящённым конституционализму и его историческому развитию в России, а также Лексиконом идеолога – тезаурусом основных понятий идеологического мышления.
2-е издание, дополненное.
С Россией всё было непросто: её Остзейский край (Курляндия, Лифляндия и Эстляндия) многими в Германии считался частью естественного жизненного пространства немецкой нации. Это превращало Россию в ближайший следующий объект её имперских притязаний. Поэтому Россия не могла не столкнуться с немецкой гегемонией. Настолько не могла, что вступила в противоестественный союз с Англией и Францией. Никакие родственные связи с Гогенцоллернами или выгоды от экономического сотрудничества с немцами не могли перевесить того факта, что за полвека в Европе из германского студня выродился чудовищный монстр, приравнявший органные трубы к пушечным стволам.
Да и остзейские «немцы» больше не принадлежали Германии и немецкому народу. Они давно стали русскими, что и доказали с началом войны воинским искусством и мужеством, проявленным на фронте, и даже сменой фамилий, что было актом самоидентификации[127], а не проявлением страха перед возможными преследованиями.
Весь ход событий на русско-немецком фронте, начиная с Брусиловского прорыва (май-сентябрь 1916 года) и до января 1917-го, показывает, что Германия (Большая Пруссия) была обречена на военное поражение от России. Снарядный голод, сдерживавший русскую армию в начале войны, был преодолён. Предотвратить неизбежное могла только русская революция, и немецкий Генеральный штаб сделал всё, чтобы ей помочь, располагая разветвлённой агентурной сетью в России (мы ничего подобного в Германии не имели). О силе русского оружия говорит тот факт, что и после отречения царя (потери Главнокомандующего) при полной неразберихе в столице, распропагандированной армии фронт не рухнул за несколько дней или недель (на что рассчитывали немцы). В конечном счёте революция подкосила – и очень быстро – и саму Германию, приведя её не только к поражению от союзников России, но и к национальному позору либеральной Веймарской республики.
Монстр восстал из мёртвых после всего-то 15 лет небытия. Разумеется, ему помогли. Англосаксы прежде всего. Дело было только за тем, чтобы направить его в нужную сторону – против русских. Для этого Гитлеру отдали Чехословакию, сразу удвоившую базу военной промышленности Третьего рейха. Разумеется, предварительно гарантировав Чехословакии безопасность, чтобы она не дёргалась и немцы имели преимущество внезапности. Британская политика умиротворения Гитлера заключалась в умиротворении его относительно Британии. Но когда СССР, последним из европейских стран, всё-таки заключил с Германией договор о ненападении («пакт Молотова – Риббентропа»), оказалось, что война немцев с русскими откладывается по крайней мере тактически. Тогда, после двадцатилетнего антракта, сменившееся в Лондоне правительство (Черчилль: «А я ведь говорил!») открыло второе отделение мировой войны в Европе, объявив её Германии. Это вовсе не означало начала решительных боевых действий. Гитлер милостиво и дальновидно позволил англичанам эвакуироваться из Дюнкерка, сконцентрировавшись на подчинении Франции и других континентальных стран. Это было именно подчинение, а не завоевание. Особенно полезные страны были сохранены в нейтральном статусе – Швейцария (деньги, переговоры), Швеция (сталь), Испания (международный трафик). Однако даже коварный Черчилль понимал: немецкий монстр должен быть уничтожен. Либо до его победы над русскими, либо после. Поскольку Европа признала цивилизационное превосходство немцев, она стала нацистской.
«Немецко-фашистские захватчики» – термин советского политического лексикона. Немцы себя фашистами не считали и не называли. В качестве самоназвания термин «фашизм» использовался в Италии. В немецкой идеологии фашизму соответствует немецкий (прусский[128]) социализм, понимаемый как абсолютная солидарность нации (включающей и народ, и элиту) по формуле «все за всех», которая достижима (и это уже Гитлер) только при условии расового очищения, прежде всего при устранения еврейского элемента. Такой социализм – это национал-социализм (сокращённо – нацизм), основа программы NSDAP (Национал-социалистической немецкой рабочей партии). Все немцы должны быть объединены в рамках одного государства. Немцам нужно жизненное пространство. Эти цели должны быть достигнуты военным путём. Германия должна восстановить свою мощь. Капитализм и коммунизм равно неприемлемы. Нацизм понравился немцам, и они проголосовали за него. А потом поддержали абсолютизацию власти Гитлера и его партии. И дело не только в унижении прежнего поражения и вызванных им экономических бедствиях. Гитлеровская программа преемственно и без каких-либо противоречий продолжает программу Бисмарка. А та в свою очередь вырастала из германского стремления политически реализовать культурное превосходство.
127
Как поступили в Великобритании Саксен-Кобург-Гота (королевская династия), ставшие Виндзорами, и Баттенберги, ставшие Маунтбэттенами.
128
См.: Шпенглер О. Пруссачество и социализм. – М., 2002.