Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]

– Да пошел ты, Редж. Не будь сукиным сыном.

Редж прижал картонный стаканчик к груди.

– Они красиво говорят. Но все это пустое.

– Она другая.

Редж покачал головой:

– Точно такая же. Посмотри на нее.

– Смотрю, – тихо сказал Лен. – Я все время на нее смотрю.

Из костра вылетела искра и упала в сухую траву. Редж затоптал ее.

– Ты ошибаешься, – продолжал Лен. – Ты думаешь, что прав, но ты ошибаешься.

Он отправился на поиски пива.

Реджу вдруг захотелось избавиться от всех, даже от Лена. Избавиться от их обещаний, от надежд и от руки, которую протягивают, не приглашая войти. Никакая опасность ему не грозила – все было сложнее, – но он стоял здесь, около костра, смотрел на плечи Лена, двигавшиеся в толпе, и чувствовал себя абсолютно и безнадежно одиноким.

– Редж Полинг? – послышался голос рядом с ним. Высокая женщина с большими зубами и веселыми глазами протягивала ему руку. – Я следила за вами с той минуты, как мы пришли, и сказала Гарри: это должен быть он.

Улыбающийся мужчина с растрепанными волосами и в красном галстуке-бабочке, стоявший рядом с ней, кивнул.

– Следует ли нам обижаться? – продолжала она. – Вы каждый год отклоняете наше приглашение, а теперь вы здесь.

– Да. – Редж наконец обрел дар речи и пожал ее руку. – Я здесь. Рад вас видеть, миссис Лоуэлл.

Наконец омаров извлекли из чанов и выложили на тарелки, а девушки принесли из Большого дома кастрюльки с растопленным маслом. Горячую кукурузу разложили по корзинам.

– Пора! – крикнул Огден.

– Идите! – пригласила всех Китти. – Берите по омару и занимайте места за столом.

Один огромный стол был сооружен из пяти амбарных дверей, положенных на козлы; скамьи вокруг него специально сколотили для праздника. Вазы с маргаритками и плодами шиповника, которые поставила Китти в центре стола, переносили очарование деревенского дома – белое изголовье кровати и коряги, граненое стекло и острые углы – сюда, на открытый воздух.

– Возьмите, – сказал Огден Лену, – вам понадобится вот это. – И вручил ему щипцы для омаров и картонную тарелку.

Неожиданно в очереди рядом с ним оказалась Джоан. Он мог бы обнять ее за плечи и притянуть к себе в этой сгущавшейся тьме. Если бы он мог, то посадил бы ее к себе на колени и крепко обнял за талию. Но ему все равно было бы мало. Ее теплое, живое тело, такое близкое, было для него сладкой пыткой. В это мгновение самым важным на свете для него была эта девушка, эта невероятная девушка на этом острове.

Они молча двигались вместе к концу одного из длинных столов. Лен поставил на стол две свои тарелки и щипцы. Потом повернулся и взял приборы из ее рук.

Она села на скамью. Он опустился рядом. Никто из сидящих за столом не обращал на них внимания. От красных панцирей поднимался пар. Гости набрасывались на горячих омаров и разделывали их, искусно обходя острые клешни и края панцирей. Лен задумчиво разглядывал омара у себя на тарелке.

– Предупреждаю, это грязное занятие. – Джоан взяла щипцы и начала с хвоста, резко повернув его, чтобы разорвать связки, а затем отделила его от тела. Зеленая желчь вылилась на тарелку. Джоан аккуратно отложила хвост, а потом таким же резким движением оторвала клешню. Ее руки были забрызганы слизью и соком.