Электронная книга - «Букет для телохранителя (СИ)». Краткое содержание книги:
Он даже не пытается уснуть, после позднего скудного ужина, состоящего из воды, пресных лепешек и куска круто поперченной рыбы. В пещере промозгло, сыро, и многие из узников уже кашляют точно так же, как и Тони. Кашель не дает ему уснуть, стискивая легкие широким обручем боли. Как и хаотичные мысли о том, как отсюда выбраться. Помимо идей с шокерами, парализаторами, пугачами и полноценными скорострелами, что предложили инженеры, Тони пытается придумать, как нейтрализовать всю охрану разом, а самим остаться невредимыми. При этом еще и оказаться вооруженными, чтобы попытаться пробиться на свободу через отряд боевиков, что наверняка поджидает их в коридорах этого чертова подземелья. Сложная задачка, он такие как раз любит.
В нем горит не желание жить, а нежелание умирать вот так. Пляж, шезлонг и текила остаются в приоритете, а пули, ножи, удавки и кулаки отметаются сразу. Но если уж погибать, то погибать «с музыкой», поэтому он и не сдается. А еще запрещает себе думать о том, что Пеппер позвонит раз-другой, не получит ответа, а потом поднимет тревогу – он знает, когда она начнет волноваться за него. Знает, что даже если его начнут искать, то скорее всего не успеют спасти – времени слишком мало. Да и не стоит надеяться – для начала он сам должен попытаться сделать хоть что-то.
Точно так же он запрещает себе думать о Стиве. О том, что тот наверняка был бы не прочь разыграть из себя рыцаря на белом коне, спасающего принцессу от дракона. Тони – не его принцесса. Всего лишь приятель. А тот «дракон» в скором времени вполне может стать по-настоящему огнедышащим.
На второй день он инспектирует оборудование. Компьютеры, конечно же, лишены любой возможности связи со внешним миром, да и обычные телефоны могли бы не пробить сигнал сквозь толщу земли и камня. У них есть станки для обработки металла, сам металл в различных конфигурациях, много микросхем, плат, проводников и прочей «начинки» из электроприборов, что оставляет им возможность все-таки собрать какой-нибудь нейтрализатор на низких частотах или арт-объект безумного художника-сварщика – все едино.
Никто из инженеров не знает, где они находятся – все просыпались уже в тесной земляной каморке, а потом попадали в эту пещеру, поэтому не могут сказать, что их ждет наверху. Без этого знания, бежать отсюда – самоубийство. Поэтому вариант с тем, чтобы дать индусу то, что он хочет, все еще актуален. Последний проект Тони, перед тем, как он свернул производство оружия, назывался «Иерихон» и как раз был той самой навороченной ракетой. Уж не за ним ли индус охотился? Знал ли он об этом уничтоженном проекте и пытался ли раньше «ангажировать» Тони на продолжение работы? Гадать бесполезно. Но схема ракеты у него в голове, и она действительно может пригодиться.
Если Тони… Если Тони создаст ее, успеет создать до того, как умрет, он может потребовать у индуса отпустить инженеров и только потом передать ее ему. Если бы он мог убедиться, что каждый из них вышел на волю, не преследуется, вернулся к своей семье, он бы создал эту чертову ракету. Но так не случится – их убьют как свидетелей, чтобы не болтали. А ракету отберут. Но пока этот план не такой бесперспективный, как тот, где они пытаются бежать.
На третий день к ним приводят новенького: «Бартон», – коротко бурчит тот разбитыми губами, и Тони только невесело хмыкает про себя – каким бы поджарым и спортивным ты ни был, какими бы навыками или мозгами ни обладал, а все равно прогнешься под грубой превосходящей силой.
Однако Тони передает индусу список необходимых деталей к уже имеющимся, настаивая на том, что с пинтой керосина и коробком пороха они не смогут взорвать здесь все даже при большом желании. Керосин, порох, несколько грамм тротила и еще парочка химических реагентов отвлекли внимание от других стоящих вещей, которые в разобранном виде и по деталям не вызвали бы ни у кого подозрения. Вот когда красноречие Тони действительно пригождается.
Новичок старается держаться поближе к нему и с полсуток лезет под руку или просто надоедает маячащим перед глазами стриженным затылком, но как только они попытались «миленько поболтать» – Бартон успел обмолвиться, что он из Будапешта – охрана их тут же развела по разным углам. То ли индус пытается «присматривать» таким образом именно за Тони, прислав подсадную утку, то ли парень – и правда фанат Старка. Из тех, кто и правда хотел автограф, а не всадить в него парочку пуль. И только перед самым отбоем, когда Тони тщетно пытается отмыть руки от технической смазки в ведре с ледяной водой, у Бартона появляется шанс пошептаться.
– У меня есть план, как отсюда выбраться, – говорит тот на грани слышимости, взглядом останавливая Брюса от того, чтобы присоединиться к разговору.
– Полей на руки, – грубо отвечает Тони, спиной ощущая пристальное внимание охранника. – Как?
– Через водосброс.
– Нереально.
– Было до того, как я сюда попал.
Тони чудом не вздрагивает, но горло перехватывает адреналином, и он долго и натужно откашливается в локоть.
– Все никак не акклиматизируюсь, – отвечает он на встревоженный взгляд Беннера и устраивается на куче тряпья, что заменяет ему кровать. От пола тоже тянет сыростью, но зато ближе к огню, разведенному в ржавой бочке, оттого он и не претендует на кровати. Брюс устраивается рядом, а Бартон оказывается в тени выступающих камней за их спинами.
– Нужно отвлечь внимание на пару минут, и я тебя выведу, – голос из тени ползет мурашками по коже, и вздрагивает уже Брюс, оказавшийся в пределах слышимости.
– Всех… – Тони снова закашливается и тут же себя поправляет. – Всем спокойной ночи.
Охрана не выключает свет, но приглушает его процентов на 20, всего на пять часов, а потом снова будит их для продолжения каторги. Блаженная тишина длится почти полчаса, в которой все они, как один, наверняка позволили себе помечтать о том, что все это происходит не с ними. Они – дома, с семьей, плотно поели и засыпают в любимом кресле под бормотание телевизора. Вот только «телевизор» Тони передает какую-то сказочную ахинею…
– Мисс Поттс платила только за одного…
И у Тони тут же сердце подскакивает к горлу. Пеппер! Пеппер… Бартон! Этот чертов Бартон! Тони хочется уткнуться в ворох грязного тряпья и разрыдаться. Во-первых, от облегчения и радости – выход все-таки есть. Во-вторых, кем бы ни был Бартон, с этой своей абсолютно типичной, ничем не выделяющейся внешностью, а говорит он со знанием дела. В-третьих… а в-третьих, отправлять кого-то спасать живого мертвеца, который вот-вот умрет окончательно – это просто какое-то издевательство! Сюр, фантасмагория, авангард. Но как ни назови, а это – шанс. Реальный шанс для всех остальных.
***
Утром у него поднимается температура, и всего потряхивает от озноба. Надеяться, что это и правда простуда, не приходится – Тони знает, что предсмертная агония уже наступает ему на пятки. Надо спешить.
За ночь он успевает передумать многое, но на фоне стресса и усталости его все равно вырубает почти на час. Короткий отдых не придает сил, но он заставляет действовать исступленно и отчаянно – или пан, или пропал. Бартону он верит сразу же – «утке» от индуса не было резона давать ему надежду, так как в этом случае, зная репутацию Тони, он обязательно попытается выбраться. Гораздо более вероятно то, что Пеппер действительно могла подстраховаться и послать за ним тайного агента – помня, как настойчиво босс отказывался от охраны. У Бартона могло не быть возможности помешать террористам похитить Тони, но было почти трое суток на то, чтобы узнать, где его держат, и подготовить план побега. Теперь дело за ними.
Пытаясь ослабить лихорадку, он старается больше пить, а к полудню удостаивается новой аудиенции от индуса.
– Вижу, вы вплотную приступили к работе. Есть идеи? – спрашивает тот, когда под дулом автомата Тони отводят в угол пещеры.