Дауншифтинг (СИ)

— Тася, в деревне должен быть тот, кто включал запись с голосом Ильяса и той девушки.

— Я думаю, что включали каждую ночь. Но ты же пил таблетки?

— Да. А в последние два вечера не пил. Кроме нас с тобой здесь есть ещё пришлые люди, мне сегодня местный почтальон рассказал. Мужик, который постоянно сидит в компьютере, и семья сектантов. Может, кто-то из них включал?

— Не факт… Может, кто-то и из местных. Здесь работы нет, люди за тысчонку запросто подрядятся кнопочки на пульте понажимать…

— И никто об этом не знает?

— А ты думаешь, раз деревня, то и люди не умеют рот держать на замке?

— Всё равно, надо завтра будет наведаться к этим новичкам!

— Так тебе и сказали всё! Так и выложили! Скажи, а как этот усатый Петечка отнёсся к твоему отъезду? Это у тебя там родинка или прыщик? — пальчики пройдохи выводили круголя между моих лопаток.

— Тася! Прекрати! Это родинка… Пётр был недоволен.

— Но в избушку привёз.

— Я его уговорил. Он сказал, что только до сентября.

— А как другие отнеслись?

— С недоумением. Все. Только Айна равнодушно сказала, чтобы я «делал, что хотел», ей всё равно.

— А кто кроме Шаповалова и Лунгина был здесь?

— Надя. Я, если честно, не понял, зачем она сюда приезжала…

— Хм… и я пропустил её визит.

— Тася, мне надо уехать, там, в городе, легче разобраться во всём.

— Там, в городе, ты сразу же окажешься в очередном бессознательном состоянии. При этом не зная, от кого исходит угроза. Это на руку злопыхателю. Тем более сейчас, когда он пропустил пару ударов. И ещё… неужели тебе хочется от меня уехать, мой прынц? — это он уже мне не в ухо, а в губы выдал и прижал меня к спинке дивана.

— Тася! Остановись, иначе я… — начал я его от себя отцеплять.

— Всё-всё, какой ты стойкий! Я вот не такой, я влю-у-убчивый… «Опять кипит воображенье, опять её прикосновенье зажгло в увядшем сердце кровь, опять тоска, опять любовь!»* — стихотворные строчки он промямлил еле понятно и совсем тихо. — Я сплю долго, так что…

И заснул, что ли? Или притворяется? Вот ведь мартышка! Я попытался аккуратно высвободиться. Не тут-то было! Таська ещё плотнее втёрся в меня и горячо задышал в шею. Таська… если бы не он, я бы сейчас уже трясущимися руками верёвку мылил. Одна маленькая находка, и вся моя психическая история болезни насмарку. Получается, что кто-то заставил меня поверить в собственную ненормальность. Для чего? Для того, чтобы я признался в «содеянном»? Или наложил на себя руки от мук совести? А если нынешний сюжет с чудо-техникой всего лишь экспромт на фоне неудачи в предыдущей серии?

Например, каким-то образом вырубив меня, злодей доставляет меня к телу убитой девушки, вкладывает в мои руки нож. Я очухиваюсь, я в панике, я оставляю следы… (вспомнил визитку, найденную в подвале). Позже находят тело, ищут маньяка и находят… Вуаля, правосудие, параша, смирительная рубашка. Но не всё пошло по плану: возможно, я рано пришёл в себя, стёр отпечатки, забрал визитку и смог уйти незамеченным. Повезло. И даже врачу не сказал о новых выпадениях. Привлекать родные правоохранительные органы — слишком опасно, можно проколоться, выдать себя.

А потом я незаметно ушёл из палаты Ильяса. И опять нет следов. Тогда враг меняет тактику: делает расчёт на то, что я из плоти и нервов, а не из силикона и стали скроен… Но, чёрт! Ведь могло быть и по-другому! Убийца я, а кто-то пытается мне показать, что он всё знает и не хочет выдавать меня в органы на органы… Дескать, усовестись сам, накажи себя сам! Голова пухнет от мешанины мыслей и предположений. И главное: кто за всем этим стоит? Неужели Шаповалов? Он никогда не был мне другом и даже не пытался играть в признание-уважение. Он не скрывал своё глухое недовольство тем, что Ильяс тянет с партнёрством. И ещё эта история с братом его добила, Петя уже предупредил нас, что собирается уходить и подхватывать дело брата, раскручивать, начинать с чистого листа. А брат бизнес ему не оставил. А Пете нужны не столько деньги, сколько причастность к делу, к успеху. И Петя мог всё организовать… он стратег.

Но поверить в это не получалось. Не умещалось в голове. Как и другие кандидаты в злоумышленники. У них либо «кишка тонка», либо мотив слабоват. А если Айна? Вдруг действительно этот её ухажёр не такой и простой танцор-жопокрут. Мадина, мать Ильяса, нас с Сашкой всегда недолюбливала (особенно Сашку), она могла вместе с дочерью озадачиться устранением «прилипал» с капитала их семейства. Пока были живы Сабир и Ильяс, женщины помалкивали. А потом рядом оказался ловкий человечек, умеющий не только резво снимать брючки, но и действенно мечтать об устранении тех, кто мог не допустить его к «золотому тельцу». Надо узнать всё про этого Демьяна! Я его даже и не видел никогда, только на видеофайле, что Сашка скачал с ю-туба и, матерясь, демонстрировал мне. Но запомнилось не лицо, а жопа, поглотившая серебряную нитку трусов, и охренительного рельефа руки. Интересно, а знают ли Мехтиевы, что у Ильяса вообще-то есть ребёнок? Девочка лет четырёх… А вдруг Нестеров захочет долю наследства и признает, что девочка не его? Бля-а-а-а… круговерть мыслей и лиц бесконечна. Только этот странный парень, пахнущий кофе, дрыхнет у меня на груди. Ни стыда, ни совести…

Если я и заснул, то уже когда светало. И, как мне показалось, сразу проснулся оттого, что белая кошка бесцеремонно прошлась по мне и стала мокро тыкаться в лицо. И как только эти соседи заходят ко мне в дом?