Электронная книга - «Дауншифтинг (СИ)». Краткое содержание книги:
— Надя говорила, что подруга была замужем, развелась. Где работает — не знаю…
— Так! Зафиксируем! — Тася нарисовал ещё одну стрелку и изобразил фигурку, которую обычно помещают на дамском туалете. Рядом подписал слова в столбик: «не влюблена ли, не месть ли, Марина, кофе, машина, владеет инфой, МОГЛА».
— Я вижу, у тебя все «могли»! — возмутился я.
— Это ещё не всё! Я был на вашем сайте, там много сотрудников представлено. Но меня интересуют те, кто имел доступ к телу… Некая Дзагоева Лана Левоновна… Управляющая отделом коммерческой недвижимости… Или она у вас моделью работала? С такой внешностью вряд ли Ильяс прошёл мимо этой дивы. Я-то, убогий, только её и разглядывал. А он? Наверняка на неё посягал?
— Не посягал… — Я предательски покраснел, вспомнив, как сам неловко клеился к Лане. — Она никаких поводов не давала.
— «Боярыня красотою лепа, бела вельми, червлена губами, бровьми союзна, телом изобильна… Чего же тебе надо, собака?!»*** А как же она при такой неописучей стати и красоте горбатилась на вас, а не вышла замуж за олигарха, чтобы вести блог светской львицы и приумножать свою красу всемерно и ежечасно?
— Думаю, что ей это неинтересно. Она и без блога львица. Карьеру делает.
— Как долго она задерживается на работе?
— Не следил за ней… Хотя в последнее время проблемы были в её отделе. Серьёзные проблемы. Случайно мы узнали, что Лана с клиентов требовала деньги, якобы на откаты. Но мы так не работаем. Все нелегальные трансакционные издержки давно учтены и устаканены. В общем, если бы не трагедия с Ильясом, Лану бы ожидало увольнение. А тут всё закрутилось, Дзагоева пообещала мне всё исправить, вернуть клиентов, уладить с Караваевым в мэрии. И она со всем справилась…
— Значит, её хотели выгнать? Она общается с Надей — носатой секретаршей?
— Вроде общается… Но я не знаю, насколько близко. Видел её несколько раз в секретарской.
— Красотка водит машину?
— Ещё как водит. Между прочим, у неё «тойота мега крузер», японский внедорожник.
— Похож на «хаммер»?
— Похож…
— Вот видишь, сколько вокруг тебя желающих обойтись с тобой и с Ильясом негуманно. И главное, у всех претендентов на злодейство есть возможность убрать Ильяса и подставить тебя. И это ещё не всё! Не будем забывать о Аркаше Гершензоне!
— Он тут ни при чём! Я с ним познакомился только после второго приступа. Никаких пересечений с ним ни у меня, ни у Ильяса не было.
— У вас не было, а у вашего общего друга — Александра Лунгина — было. Это ведь он тебя к нему привёл. — Тася между тем дорисовывал у очередной стрелочки схематически военную машинку типа джипа, красотку с толстыми губами, подписывал слова «уволить» и «МОГЛА».
— И что? Он меня к Гершензону лечиться привёл.
— А тот тебе таблеточки…
— Было бы странно, если бы только разговоры разговаривал.
— Не спорь со мной, май дарлинг, мур-мур-мур, — Тася принялся за портрет носатого, растрёпанного доктора с гипнотическими спиральками вместо глаз. Рядом рисуночком поставил целых пять знаков вопроса и как конфетти «насыпал» таблеток-кругляков. — И будем последовательны! Шкурный интерес есть и у тех, кто получит наследство. Изобразим девушку Айну. И её голенького пупсика. «Сатана там правит ба-а-ал! Люди гибнут за мета-а-алл! За металл!» — Тася смешно забасил куплеты Мефистофеля, получался не искуситель, а какой-то мультяшный чёртик.
— Ни Айны, ни тем более её кроткого альфонса в офисе не было, — вяло сопротивлялся я.
— А это не главный критерий! Они в принципе выигрывают.
— Айна любит брата. Никакие деньги, учитывая, что это деньги их семьи, не могли её сподвигнуть на преступление против Ильяса.
— Так это против брата! А против тебя? Предположим, что Ильяс навернулся с небес случайно. Его не вылечить. И фактически деньгами их семьи занимаются друзья брата. А что, если вывести самого умного? Сделать так, чтобы он сам ужаснулся, был взят на месте преступления или пришёл и сознался в психической болезни в органы. А потом избавиться и от второго дружка. Может, все эти эпизоды с тобой были только первой частью Марлезонского балета?
— Всё равно не верю! У неё не было возможности общаться со мной! Я её очень редко видел!
— Можно ведь и договориться с кем-нибудь! С той же унылой секретаршей или с каким-нибудь простым незаметным сотрудником… Кстати, а ты этого стриптизёра в лицо знаешь?
— Нет. Зачем он мне? Я и о нём-то от Сашки узнал.
— А может ли быть такое, что этот Демьян Небедный у вас работает?
— Нет! Я всех сотрудников принимал, собеседовал.
— Наивный, милый и очень добрый Сёмочка! Он вполне может иметь другое имя и приличное образование! В общем, надо достать его фотку и сопоставить с фейсами работников: проверить мою красивую идею. И не обессудь, есть у меня в сей картине ещё одна стрелка. Александр Лунгин, зам по вопросам безопасности. Собутыльник и наперсник, верный пёс и один из совладельцев.
— И какой у Сашки мотив? — ухмыльнулся я.
— Заметь, ты не сомневаешься в его возможности всё это проделать, ты заговорил о мотиве! А ведь мотив, батенька, дело наживное! И не надо впаривать мне лозунги о проверенной временем мужской дружбе, о милых клятвах и архиважных общих посиделках и забавах. Ты знаешь такую паранаучную теорию, что человек меняется каждые семь лет, поэтому меняется его окружение, намозоленные интересы и ценности уже мало волнуют, появляются новые страсти и мотивы. Даже профессию или хотя бы коллектив стоит сменить в это время. Так что все ваши младенческие дружеские союзы выдохлись. И не морочь мне пятую точку своей преданностью!
— Ты совсем его не знаешь!
— Пф-ф… В этом моя сила, брат!
— Короче, отлипни от Сашки! Ему сейчас и без того нелегко.
— Угу… А на него случайно никто не покушался?
— Иди на хрен.
— Значит, не покушался. И мне кажется это странным! Так что… — И Тася, чуть высунув язык от старания, рисует седьмую стрелку и изображает рядом лицо с квадратным подбородком и узкими глазами, но больше ничего не пишет рядом. Противный сыщик вдруг подскакивает и заявляет: — Короче, так! Сейчас мы сделаем первый шаг! Во-первых, назови мне даты твоих выпадений. Во-вторых, доставай свой телефон — надо переписать номера фигурантов.
— Зачем?
— Сейчас всё узнаешь! Сиди и не спрашивай вопросы. Давай-давай, шевели конечностями, гони мобилу!
Он меня уговорил. Хотя я и сомневался в том, что этот чудик может что-то нормальное придумать. Я написал в строчку пять дат, включил телефон и перенёс на клеёнку рядом с соответствующими рисунками номера телефонов всех «подозреваемых»… Всех, кроме Сашки. На что Тасенька мерзко захихикал:
— Хи-хи-хи! Визиточка-то стыренная у меня! Так что это излишняя предосторожность.
Потом Тася сбегал к себе домой за своим телефоном. Мы с Помпадур с одинаковой насторожённостью разглядывали дверь, пока он отсутствовал.
— Ну-с! Держите меня семеро! — весело заявил Тася, с ноги открывая дверь. — Дедуктивно-дебилятивное шоу начинается!
Он потыкал по телефону — установил «громкую связь». Подтащил кресло ближе ко мне, приперев меня к стене. Уселся по-турецки, оскалился мне особенно безумной улыбочкой и начал набирать первый номер на своём телефоне. Первым по списку Шаповалов Петя. Человек-усы.
— Слушаю вас. — Шаповалов всегда начинает так — по-деловому.
— Здравствуйте, любезнейший, — голос Тасеньки вдруг стал елейным и благообразнейшим. И, казалось, лицо тоже изменилось, вытянулось, что ли. — Вы совершенно меня не знаете. Совершенно. Да и я, признаться, вас тоже. Но человек вы небедный, это я знаю.
— Кто вы? Вы, может, ошиблись номером?
— Нет-нет, уважаемый. Вы финансовый аналитик компании «Мидас». Пётр Шаповалов. И у меня к вам предложение. Личного характера.
— Что вам надо?
— Купите у меня диск.
— Я ничего не покупаю ни по телефону, ни по интернету. Всё…
— Достопочтимый Пётр Алексеевич, на этом диске нужная вам запись… — перебил Шаповалова Тася. — Дело в том, что я проживал в доме напротив вашей замечательной компании. И трижды имел честь не просто быть свидетелем, но и записать странные манипуляции с телом уважаемого Берана Семёна. Я поискал по сети и удостоверился, что этот несчастный — он самый. Так вот, 10 июня, 28 июня и 8 июля я видел, как вы выносили сего предпринимателя из здания на заднем дворе и увозили куда-то прочь. Это был вечер. Но и ваше лицо, и Семёна Берана я рассмотрел хорошо. Поизучал вопрос, поспрашивал людей… И вот решил предложить вам эту запись, возьму не много. Десять тысяч баксов — сущие копейки для вас, а я смогу съездить на Канары с размахом.