За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Терапевт: Да, непреклонным...
Эдвард: «Мне это не нравится», «Что-то не так», «Это не так, как должно быть», знаете: «Это несправедливо!» - я часто это говорил. «Это несправедливо!» Часто это повторял. Часто это чувствовал. Что-то во всем этом было несправедливое; это правда.
Терапевт: И вы пытались протестовать.
Эдвард: О, я много протестовал. Меня часто за это принижали; мой отец часто меня дразнил.
Терапевт: Часто дразнил?
Эдвард: Ну... я чувствовал, что это тоже несправедливо, потому что, мне представляется, его собственный отец часто дразнил его, и, знаете, я не думаю, что он сам действительно был из тех, кто дразнит. На самом деле он был потенциально достаточно добрый человек. Но он не был особенно добр ко мне. Обычно он был добрее к моему брату, который, я думаю, и в самом деле нуждался в этом больше, наверно. Но...
Терапевт: Часто дразнил?
Терапевт часто использует такие интервенции - в виде повторения фраз - с Эдвардом. Эдвард говорит быстро, часто перебивая самого себя. Его ритм, особенно в первую половину сессии, является ложным, и, вероятно, он был выработан как еще один способ защитить себя. Просто повторяя очень короткую фразу, терапевт приглашает Эдварда замедлиться, оставаться со своим процессом и вновь открыть свой естественный ритм.
Эдвард: Он дразнил и принижал меня. Говорил: «Эдвард», знаете, из серии: «Перестань делать то-то», «Прекрати быть таким-то...» «Прекрати быть Эдвардом» или «Перестань», знаете, «Мы не хотим больше слышать твои вечные...» Что бы это ни было. Да, просто поддразнивал меня по этому поводу, знаете. Он фотографировал меня, когда был... серия фотографий из отпуска, когда он попросил меня пойти и что-то взять в отеле, а я не захотел, потому что мы гуляли и были уже в полумиле оттуда; и я сижу у ворот, и все больше и больше... расстраиваюсь... Он сделал целую серию фотографий, пока пытался заставить меня пойти обратно в отель и принести оттуда его бинокль или что там было. И в итоге я расплакался. Думаю, я, вероятно, поднялся, кажется, я, наверно, вернулся в этот чертов отель... Ну, знаете, я имею в виду, у каждого ребенка бывает такой опыт...
Терапевт: Нет, не у каждого ребенка бывает такой опыт.
Этот ответ терапевта является нормализующей интервенцией. Слова Эдварда: «У каждого ребенка бывает такой опыт» могут легко перейти в «и не все они реагируют так, как я; значит, со мной что-то не в порядке». Возражение терапевта подразумевает, что, поскольку опыт Эдварда не является универсальным, его реакция на него неизбежно будет отличаться от реакций ребенка с другой историей.
Эдвард: Да, вероятно, нет. Ну... это в любом случае происходило часто.
Терапевт: Но это, наверное, замечательный способ как бы защитить себя от силы переживаний, усреднить себя, сделаться обычным.
Это прямой призыв к Эдварду уважать и ценить свою защитную систему. Ему нужно научиться ценить свои защиты, понимать их функцию и быть в состоянии признать свою собственную отвагу и креативность в том, как он сумел пережить и внешние атаки, и боль, идущую изнутри. Когда он научится признавать то, что он делает, он может начать освобождаться от этого, подобно тому как тот, кто сжимает кулак, должен сначала заметить, что делает это, прежде чем сможет сознательно расслабить руку. Терапевт начинает выводить на свет защитный процесс всегда в контексте подтверждения и нормализации.
Эдвард: Что ж, также должен сказать, я чувствовал каким-то необъяснимым образом, что я оправился от всего этого лучше, чем мой старший брат и мой младший брат. Конечно, я много принижал моего младшего брата. Сейчас мы ладим очень хорошо, но я думаю, что я, я имею в виду, я придумывал игры, а он, конечно, всегда проигрывал, знаете, что тут говорить, я был на пять лет старше. Мне надо было побеждать хоть где-то... Но, хм, я сожалею об этом. И еще больше я чувствую это по отношению к моему старшему брату. Я имею в виду, я очень, очень, очень старался... получить... как же это сказать - одержать над ним верх, одолеть... победить его, что, мне помнится, я делал постоянно примерно с семи или восьми лет, знаете? Думаю, что я стал более, более напористым, чем он. Это было, знаете, я мог зайти дальше, чем он. Я дрался более свирепо, знаете; он был... я делал из него как бы неудачника. Мы все по очереди придирались друг к другу, так или иначе. Мммм...
Терапевт: Какое чудесное мгновенное облегчение. Придираться к кому-то другому. В эти несколько мгновений я представила это чувство облегчения.