За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях
- Автор: Эрскин Ричард Г., Морсунд Джанет П.
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Iнтерсервiс
- ISBN: 978-617-696-739-2
- Жанр: Психология
Электронная книга - «За пределами эмпатии. Терапия контакта-в-отношениях». Краткое содержание книги:
В этой книге авторы уделяют много внимания важности отношений в психотерапии. Отношения между людьми составляют основу нашей повседневной жизни.
Авторы описывают интегративный подход в психотерапии, который они разработали и теперь преподают в Институте интегративной психотерапии в Нью-Йорке. Он опирается на клиент-центрированную терапию Роджерса, Транзактный Анализ Берна, гештальт-терапию Перлза, психологию самости Кохута и работы британских теоретиков объектных отношений. Эта книга знакомит с теорией, лежащей в основе такого подхода, приводя примеры реальных бесед между терапевтами и клиентами, чтобы проиллюстрировать представленные концепции. Во второй части книги подробно описано применение этого метода в терапевтической работе, также там приведены практически полные транскрипты семи терапевтических сессий. Они включают примеры психотерапевтической регрессии, работы с родительским интроектом, психотерапию пар и многое другое.
Терапевт: Можете ли увеличить громкость для этой угрюмости? Чтобы я тоже могла слышать?
Вместо того чтобы бороться с защитой, поддержите ее. Борьба с ней, попытки пробиться через нее, могут загнать ее вглубь, а ее функции и характеристики завуалируются. Это все равно что срезать верхнюю часть сорняка: если вы это сделаете, вы не сможете добраться до корня, и позже сорняк просто вырастет снова и станет больше и сильнее. Поддержание всего процесса переноса позволяет более полно осознавать и проживать его, а также переживать его в контексте новых отношений, в которых другой человек своими действиями больше не будет подкреплять старые убеждения и ожидания.
Эдвард: Да, возможно... Хорошо, давайте я расскажу вам о том, как - черт, это было так унизительно, когда моя мать отправила меня в школу с таким ликованием. Она в самом деле была чертовски рада избавиться от нас, знаете. Я бы сказал, сейчас это выглядит таким очевидным. Меня отправили в школу-интернат в 12 лет, и в то же самое время моего младшего брата отправили, когда ему было всего 8. И он не виделся с семьей два месяца. Понимаете, я имею в виду, мне было 12; я мог как-то справиться. Но в 8, Господи! В общем, нет, то есть это по-прежнему, оно осталось, и терзает постоянно. Я имею в виду, знаете, такое, как бы, такое удовлетворение, которое она, казалось, испытывала, когда нашла решение, что сделать со своими детьми.
Терапевт: Эдвард. Когда человек, от которого ты зависишь больше всего на свете, ликует, отправляя тебя далеко, что-то должно происходить у вас в сердце.
Хотя это не вопрос, но это, безусловно, исследование: это приглашение погрузиться в аффективное переживание воспоминания. С его помощью можно получить информацию об истории и ожиданиях; или оно может привести Эдварда на уровень исследования, связанный с «совладанием/выборами/решениями», если то, что происходило «в его сердце», привело к решению создать броню вокруг сердца, которая защитит его от боли в будущем. Другим эффектом интервенции является нормализация реакции Эдварда на его мать. «Что-то должно происходить» переводится как «реакция любого человека на такое была бы сильной».
Эдвард: Хм. О, я действительно так себя чувствовал до того, как уехал. Я имею в виду, я, я, гм, я был, я сказал кому-то - там были люди, - в классе сидели мальчики и у них по щекам катились слезы. И там был один из моих лучших друзей - Кевин Мартин, которого тогда обсыпало прыщами, как я помню, и он сидел там и выдавливал свои прыщи, и (смеется) по его лицу катились слезы... а я вообще не плакал. Я помню, как сказал: «Я рад, что выбрался из этой старой дыры». Но, с другой стороны, меня просто толкнули в новую дыру, знаете, это было, гм...
Терапевт: А внутри, что вы чувствовали на самом деле?
Эта интервенция представляет собой неявное приглашение к терапевтической регрессии. В ней Эдварда просят обратиться к феноменологическому опыту более юной версии самого себя, а такое обращение лежит в основе регрессивного переживания.
Эдвард: (пауза) Я был рад уехать оттуда. Я был... Я больше не чувствовал себя счастливым; я не чувствовал себя счастливым уже по меньшей мере два года - с 10 или 11 лет. Я начал чувствовать себя несчастным, когда мне было около 10. Все, казалось, рушится в глобальном масштабе; я не мог... У меня было много очень насыщенных и осаждающих фантазий - я имею в виду, что они осаждали меня, в этом смысле. Очень яркие сексуальные фантазии, очень интенсивная сексуальная активность; я... когда мои родители уходили, я снимал всю одежду и гулял по дому голый; мы переехали, когда мне было 11. Я бродил по лесу и катался в листьях, лазал по деревьям и все такое. И у меня было огромное желание снимать одежду.
Это пока еще не регрессия в чистом виде, хотя Эдвард иногда погружается в нее, чтобы восстановить в памяти эти истории. Он, определенно, говорит о феноменологии своих предподростковых лет, но, похоже, он не переживает эмоции, которые, вероятно, сопровождали этот опыт. В его рассказе о желании быть голым есть оттенок самокритики, и терапевт отвечает так, чтобы нейтрализовать эту критику. Ее слова и тон голоса признают переживание Эдварда, нормализуют это переживание и подтверждают его функцию.